...Это не сон! (сборник)
Шрифт:
– Хорошо, ступай туда, – улыбнулся Мохендро, – но тогда тете Аннапурне придется перейти в нашу комнату.
Услышав шутку в ответ на свое серьезное и такое великодушное предложение, Аша рассердилась. Мохендро предложил другой выход:
– Будет гораздо лучше, если ты сама станешь следить за мной днем и ночью, увидишь, как я все вызубрю.
Так и решили. Я думаю, излишне подробно рассказывать о том, как проходили эти занятия. Достаточно сказать, что в тот год Мохендро провалился на экзаменах, а Аша, хоть и читала рассказы из «Чарупатха», осталась в полном
Правда, этот своеобразный процесс обучения не обходился без осложнений. Время от времени являлся Бихари и поднимал страшный шум. Своими криками «Мохим! Мохим!» он будоражил весь квартал. Каждый раз он пытался вытащить Мохендро из спальни, без устали отчитывал друга за то, что тот запустил занятия.
– Ботхан [13] , – говорил он Аше, – нельзя глотать пищу, не разжевывая, живот заболит. Потом будете искать лекарство.
– Не слушай его, Чуни, – смеялся Мохендро, – он просто завидует нашему счастью.
13
Ботхан (или боутхан, боудидн или боуди) – почтительно-ласковое обращение к жене старшего брата или друга.
– А ты умей наслаждаться своим счастьем так, чтобы не раздражать других, – замечал Бихари.
– Люблю, когда мне завидуют, – не унимался Мохендро, – а ведь еще немного, Чуни, и я, осел, отдал бы тебя Бихари!
– Замолчи! – смущался Бихари.
Аша испытывала к юноше неприязнь, может, отчасти потому, что когда-то ее прочили за него. Бихари чувствовал это, а Мохендро лишь посмеивался.
Раджлокхи часто жаловалась Бихари на сына.
– Пока гусеница в коконе, за нее можно не беспокоиться, ма, – говорил он обычно в таких случаях, – но когда она становится бабочкой и, разорвав кокон, взлетает в воздух, трудно удержать ее. Кто знал, что Мохим так быстро вырвется из-под вашей опеки!
Когда стало известно, что Мохендро провалился на экзаменах, Раджлокхи разразилась гневом, вспыхнув, как внезапный летний пожар. И от пламени ее гнева больше всех пострадала Аннапурна. Бедная женщина лишилась сна и аппетита.
Глава 6
Однажды в свежий, шелестящий дождем вечер Мохендро радостный, в новом, надушенном чадоре, с гирляндой жасмина на шее вошел в спальню. Он хотел напугать Ашу своим неожиданным появлением и старался ступать неслышно. Но, заглянув в комнату, он увидел, что окно распахнуто, сильный ветер с брызгами дождя, ворвавшись внутрь, погасил лампу, а жена лежит на тахте и тихо плачет.
– Что случилось? – воскликнул Мохендро, бросаясь к Аше.
Аша зарыдала еще сильнее. Он не сразу добился у нее, в чем дело. Оказывается, Аннапурна не вытерпела и уехала к своему двоюродному брату.
«Уехала! – с досадой подумал Мохендро. – Такой хороший вечер испортила».
Весь его гнев обратился на мать. Она одна – причина всех неурядиц!
– Где тетя, там будем и мы! Посмотрим,
Раджлокхи все поняла. Медленно подойдя к сыну, она спокойно спросила:
– Куда это ты собираешься?
Сначала Мохендро ничего не ответил, и только когда мать повторила вопрос, сказал:
– Мы уезжаем к тете.
– Вам незачем ехать, – так же спокойно ответила Раджлокхи, – я сама съезжу к тетке и верну ее домой.
Она тут же отправилась к Аннапурне.
– Сжалься надо мной, прости меня, невестка, – сказала она и умоляюще сложила руки.
Растерянная Аннапурна склонилась перед ней в глубоком поклоне и горестно воскликнула:
– Зачем ты обижаешь меня, диди! Как ты скажешь, так я и сделаю!
– Мохендро с женой собираются покинуть меня, потому что ты уехала. – Раджлокхи не выдержала и разрыдалась от гнева, унижения и обиды.
Женщины возвратились домой. Дождь все еще продолжался. К тому времни, когда Аннапурна вернулась, Аша уже перестала плакать, и Мохендро даже пытался развеселить ее. У него появилась надежда, что вечер этот все же не будет испорчен до конца.
Вдруг в комнату вошла Аннапурна.
– Чуни, – обратилась она к Аше, – дома ты мне жить не даешь, хочу уехать – за мной тянешься. Скажи, неужели мне нигде так и не будет покоя?
Аша вздрогнула, как раненая лань.
– Послушай, тетя! – вспылил Мохендро. – Что тебе сделала Аша?
– Я уехала потому, что не могу больше видеть такую распущенную жену! Зачем ты довела до слез свою свекровь? Зачем заставила меня возвращаться в этот дом?
«Как нарушают поэзию жизни все эти тетки и матери», – подумал Мохендро.
На следующий день Раджлокхи позвала Бихари и сказала:
– Сынок, уговори Мохендро отпустить меня на родину, я так давно не была у себя в Барашате.
– Если долго не были, может, лучше совсем не ездить? – заметил Бихари. – Я передам Мохендро. Только едва ли он согласится отпустить вас.
Но Мохендро согласился.
– Интересно ведь взглянуть на места, в которых родился, – сказал он Бихари. – Только пусть долго не остается в деревне – сейчас сезон дождей и там, должно быть, прескверно.
Увидев, как легко Мохендро отпускает мать, Бихари рассердился.
– Твоя мать собирается ехать совсем одна! – воскликнул он. – Кто поможет ей, кто за ней присмотрит? Отпусти с ней жену.
Уязвленный этим скрытым упреком, Мохендро коротко ответил:
– Аша останется со мной.
На этом разговор окончился.
Так каждый раз Бихари невольно восстанавливал против себя Ашу. Но мысль, что она сердится на него, доставляла ему какую-то горькую радость.
Раджлокхи отнюдь не горела желанием посетить родные места. Но как лодочник, который то и дело бросает лот, когда мелеет река, выясняя, где глубже, так и Раджлокхи, с тех пор как отношения в семье изменились, неустанно промеряла глубину сыновней привязанности. Она никак не ожидала, что сын так легко и быстро согласится на ее отъезд.