...Это не сон! (сборник)
Шрифт:
Но недолго пользовалась девушка и этой небольшой свободой, этими крохами счастья. Однажды поздно вечером, когда Комола закончила свою работу, Нобинкали послала за ней. Слуга доложил, что нигде не нашел кухарку.
– Неужели сбежала? – воскликнула обеспокоенная Нобинкали, взяла лампу и отправилась на поиски Комолы. Не найдя ее в доме, она пошла к мужу. Хозяин, полузакрыв глаза, курил хукку.
– Послушай, кажется, брахманка сбежала! – сообщила она. Но даже это известие не способно было вывести Мукундо-бабу из равновесия.
– Я предупреждал тебя, что человек
– Пока только шаль, которую я дала ей поносить в холод, – ответила хозяйка. – Что еще пропало – не знаю.
– Нужно сообщить в полицию, – невозмутимо предложил хозяин.
Послали слугу в полицию. Тем временем Комола вернулась в дом и увидела, что все вещи в ее комнате перерыты.
– Это что за шутки? – закричала Нобинкали, как только увидела Комолу. – Ты где была?
– Гуляла в саду, – ответила девушка.
Нобинкали разразилась бранью. Она говорила все, что приходило ей на ум. На крик сбежались слуги и столпились в дверях кухни.
Никакие оскорбления Нобинкали не могли заставить Комолу расплакаться. Она стояла молча, не двигаясь.
Когда поток брани стал иссякать, Комола сказала:
– Вы недовольны! Так отпустите же меня!
– Конечно, отпущу! – снова закричала Нобинкали. – Не воображай, что я стану кормить и одевать такую неблагодарную тварь! Но прежде ты у меня узнаешь, с кем имеешь дело!
После такого скандала Комола не осмеливалась больше выходить в сад. Она закрывалась у себя в комнате и мысленно утешала себя: «Должен же всевышний когда-нибудь смилостивиться над той, которая столько страдала!»
Однажды Мукундо-бабу с двумя слугами поехал прогуляться. После его ухода парадную дверь дома закрыли на засов. Стало уже смеркаться, когда послышался чей-то голос за дверью.
– Мукундо-бабу дома?
– Но ведь это – доктор Нолинакхо, – переполошилась Нобинкали. – Будхия! Будхия! – звала она слугу. Но Будхии и след простыл, и хозяйка приказала Комо-ле: – Беги скорей отвори дверь! Скажи доктору, что хозяин поехал прогуляться и скоро будет. Пусть доктор подождет немного.
Комола взяла фонарь и спустилась вниз. Ноги у нее дрожали, сердце сильно билось, руки похолодели. Она боялась, что от волнения не сможет как следует разглядеть доктора.
Комола отодвинула засов и, закрыв лицо краем сари, отступила за дверь.
– Хозяин дома? – повторил свой вопрос Нолинакхо.
– Нет. Пройдите, пожалуйста, – едва слышно вымолвила Комола.
Нолинакхо прошел в гостиную. Тем временем нашелся Будхия, который и передал Нолинакхо слова хозяйки.
– Хозяин поехал прогуляться и скоро вернется. Подождите немного.
У Комолы перехватило дыхание. Она пробралась на темную веранду, надеясь оттуда получше рассмотреть Нолинакхо. От волнения у девушки подкашивались ноги, и она опустилась на пол, чтобы хоть немного унять сильно бьющееся сердце. От душевного смятения и вечерней прохлады Комола дрожала всем телом.
На Нолинакхо, который сидел задумавшись, падал свет лампы. Комола неподвижным взглядом смотрела на него. Слезы струились по ее лицу. Она торопливо вытирала
Некоторое время Комола находилась в этом странном состоянии! То ли она задумалась, то ли была без сознания. Когда же она наконец очнулась, то увидела, что Нолинакхо поднялся с кресла и разговаривает с Мукундо-бабу.
Опасаясь, что мужчины выйдут на веранду и застанут ее там, Комола спустилась на кухню. Кухня выходила во двор, через который Нолинакхо должен был пройти, чтобы попасть на улицу. Замирая от волнения, Комола сидела и ждала его.
«Как я, жалкая женщина, могу быть женой такого человека! В этом задумчивом светлом и прекрасном лице есть что-то неземное! О боже, я не напрасно страдаю!» И Комола несколько раз распростерлась ниц, движимая чувством благодарности ко всевышнему.
На лестнице послышался шум. Кто-то спускался вниз. Комола быстро встала у неосвещенной двери. Первым прошел Будхия с лампой в руках, следом за ним – Нолинакхо.
«О господин, твоя верная служанка вынуждена быть рабой в чужом доме. Ты прошел мимо и не узнал ее», – мысленно обратилась к нему Комола. Когда Мукундо-бабу ушел в онтохпур ужинать, Комола тихонько прокралась в гостиную. Она пала ниц перед креслом, где только что сидел Нолинакхо, и почтительно прикоснулась губами к полу. Сердце Комолы сжималось от горя: у нее не было иной возможности выразить свою любовь и преданность супругу.
На следующий день Комола узнала, что доктор посоветовал хозяину переменить климат и уехать куда-нибудь подальше на запад. В доме начались приготовления к отъезду.
– Я не могу уехать из Бенареса, – сказала Комола, придя к Нобинкали.
– Мы можем, а ты не можешь! Что это ты вдруг стала такой благочестивой!
– Говорите, что хотите, но я остаюсь.
– Хорошо! Посмотрим, как ты останешься.
– Прошу вас, не увозите меня, – взмолилась Комола.
– Ты ужасное существо! Время уезжать, а ты ломаешься. Нам сразу не найти человека на твое место. Кто же будет выполнять твою работу?
Все мольбы и уговоры оказались напрасными. Закрывшись у себя в комнате, Комола разрыдалась, призывая на помощь всевышнего.
Глава 53
После разговора с дочерью у Онноды-бабу снова начались боли. Ночь прошла в жестоких страданиях, но к утру ему стало лучше.
Сидя у себя в саду, Оннода-бабу грелся в нежных лучах зимнего солнца. Хемнолини тут же готовила чай.
Вид у Онноды-бабу был измученный. Лицо его побледнело; вокруг глаз легли черные тени. Он заметно постарел за одну ночь. Когда Хемнолини взглянула на отца, в сердце ее словно вонзили кинжал. Она очень мучилась из-за того, что огорчила отца отказом выйти замуж за Нолинакхо. Ей казалось, что причиной его физических страданий является душевная боль.