... Я Вам пишу
Шрифт:
Олег Константинович не сообщил тетушке о своей женитьбе, хотя они подолгу разговаривали вечерами. Перед поездкой в Питер он оставил свое обручальное кольцо дома.
Незадолго до его отъезда домой Марфа Агафоновна пригласила Олега к себе в кабинет.
– Олег Константинович, дорогой, у меня к тебе огромная просьба, вступи в брак с Марьяной.
От такого напора Олег даже немного ошалел.
– Не могу, тетушка. Я женат, - он развел руками, показывая, как он сожалеет.
– Почему не рассказывал ранее?
–
– Это вынужденный брак. Жена мне досталась вместе с проигранным имением.
– Ну тогда очень прошу, возьми ее к себе на год-другой. Из-за нее мне мужа не найти. Говорю с тобой, как на духу. Все на нее смотрят. Может у вас в губернии мужа найдет.
– Как ты себе это представляешь, что молодая девица будет жить в доме женатого мужчины?
– Да что тут такого. Скажешь, что приютил бедную родственницу, взял под свою опеку. Вывези пару раз в театр, в собрание, присмотри ей мужа. Я дам тебе тысячу рублей на ее содержание.
– Тетушка, я думаю, что это будет не совсем правильно.
– Олег, дорогой мой, ну очень прошу тебя, - она умоляюще сложила руки на груди. Пока я молода, хочу еще раз замуж выйти, а с Марьяной не получится у меня.
– Хорошо, возьму на год, если замуж не выйдет, поедет к тебе обратно. Нечего незамужней девице в моем доме делать. И тысяча мало будет, она же платьев потребует, украшений.
– Да откуда я денег то найду на нее? Приданое ее такое убыточное, что не знаю, что с ним делать, никто ее с разрушенным хозяйством не возьмет. А мне заниматься им не с руки. Так и живет она на моем полном обеспечении.
Через пару дней Олег и Марфа составили письменный договор и довольная тетушка стала собирать свою нелюбимую племянницу в дорогу, подальше от себя. Олег был недоволен таким оборотом, но поддался уговорам и в августе собрался домой.
***
Заканчивалось лето, приближался ореховый спас. Егор Иванович вечером отправился в город по делам, чтобы на завтра пораньше вернуться, а Лиза с мамушкой решили напечь пирогов. Ближе к обеду стали раскатывать тесто на пироги. Погода радовала, было по-летнему тепло, светило солнце. Какие-то пичуги наперебой пели свои песни возле дома. Окна кухни были распахнуты, медовый запах трав наполнял помещение.
Лиза в простом сереньком платье, в белом переднике и белой косынке на голове раскатывала тесто, лепила пирожки. Мамушка помогала с начинкой, потом ставила пироги в печь. Отец Василий сидел в кухне, читал женщинам книгу модного в то время автора о приключениях Жюля Верна.
Ожидая возвращения Егора Ильича, мамушка постоянно выглядывала в окно.
– Что-то сегодня быстро вернулся наш Егорушка, - заметив приближающуюся к дому коляску, сказала мамушка. Лиза и отец Василий тоже выглянули в окно.
– Нет, по-моему это не он, - сказал отец Василий.
– И кого же это к нам
– сама у себя спросила мамушка.
– Ой, да это же князь!
Она заметалась по кухне, обтирая полотенцем руки от муки. Отец Василий поднялся со стула и пошел к выходу встречать князя.
– Лизонька, сходи переоденься, а то князь увидит тебя в этом платье, - сказала мамушка.
– Нет, никуда не пойду. И переодеваться не буду. Нет у меня платьев подходящих для князя, - ответила девушка.
– Да и некогда мне, пироги подходят. А ты иди, встречай.
– А если он тебя спросит?
– с тревогой спросила мамушка.
– Скажи, что с Егором Ивановичем уехала.
– Ну как же так, Лизонька?
– Иди, мамушка, вон уже князь на крыльцо поднимается. Не в чем мне его встречать. Если захочет и так женой признает.
Мамушка заспешила из кухни. Лиза осталась одна, раздумывая, выходить ли к князю.
***
Лиза осталась в кухне, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Она слышала через открытое окно, как князь спрашивал об управляющем, и как мамушка ответила, что он вчера в город уехал и вот должен вернуться.
Потом князь с мамушкой и отцом Василием прошел в гостиную, а затем неожиданно в кухню почти вбежала мамушка, следом за ней вошел князь. Она повернулась к нему лицом, щеки вспыхнули румянцем. Она поклонилась ему и тихо поздоровалась.
– А где Елизавета?
– спросил у мамушки Олег, разглядывая кухню и девушку.
– Так вот…., - начала было мамушка, но Лиза ее перебила.
– Елизавета Порфирьевна вчера с Егором Ивановичем в город поехали. Должны сегодня вернуться.
Мамушка и подошедший в кухню отец Василий уставились непонимающе на девицу. А она спокойно продолжала:
– Настасья Павловна, сейчас пироги готовы будут. Прохор сейчас самовар принесет.
– Пройдемте в гостиную, - предложил отец Василий.
Он не стал выяснять, почему Лиза не захотела открыться князю. Захочет, скажет сама. Князь еще раз мазнул взглядом по ней, согласно кивнул батюшке головой и вышел из кухни.
Когда они ушли, Лиза тяжело опустилась на скамью, выдохнула. Когда через несколько минут к ней пришла мамушка и запричитала, зачем она не призналась, Лиза ответила:
– Мамушка, он меня не признал. Так зачем ему открываться?
– Так он тебя и не видел до этого толком. И давно это было. Ты вон как выросла, похорошела. Сходила бы, переоделась, да вышла бы к столу.
– Нет, мамушка. Не буду. Ему до меня дела нет. Ты же знаешь, что он даже Егору отписал, чтобы тот не утомлял его рассказами обо мне. Не хочу, чтобы он еще раз обидел меня. И за все это время ни разу даже не заехал и не вспомнил, что женат. Так что нет, мамушка. А пироги я сама подам. Если узнает, тогда и поговорим с ним. Иди, не заставляй светлейшего князя ожидать.