Золотые пауки (сборник)

Если в дверь нашего старого каменного особняка на Западной Тридцать пятой улице звонят, когда мы с Ниро Вульфом обедаем, то обычно открывает Фриц. Но в тот день я пошел к двери сам, потому что Фриц пребывал в дурном расположении духа и не смог бы как полагается встретить посетителя, кем бы тот ни был.

Я должен пояснить, почему Фриц был в таком настроении. Каждый год, в середине мая, один фермер из-под

Брустера по особой договоренности с Фрицем сует в мешок восемнадцать или двадцать подстреленных им скворцов, садится в машину и едет в Нью-Йорк. Разумеется, дичь должна быть доставлена к нам не позже чем через два часа после того, как она убита. Фриц ощипывает ее, подсаливает, заворачивает в листья шалфея, запекает на рашпере, в надлежащие моменты поливая растопленным маслом, и укладывает на подогретое блюдо с густой полентой, сваренной из мельчайшей кукурузной муки с маслом, тертым сыром и перцем.

Вульф обычно с нетерпением ожидает это кушанье, но в тот день, о котором я рассказываю, он устроил целое представление. Когда Фриц поставил дымящееся блюдо на стол, Вульф потянул носом, наклонил голову набок, еще раз принюхался и уставился на Фрица.

– А шалфей?

– Его нет, сэр.

– То есть как это нет?

– Я подумал, что вам понравится, если я приготовлю это блюдо с самой чуточкой шалфея в дополнение к шафрану и эстрагону. Эстрагон, немного шафрана и совсем немного шалфея. Именно так готовят соус в…

– Убери!

Фриц окаменел и поджал губы.

– Я неприятно удивлен тем, что одно из моих любимейших блюд приготовлено иначе, чем я привык, без консультации со мной, – холодно произнес Вульф. – Может быть, оно вполне съедобно, но я не склонен рисковать. Убери его и принеси мне четыре яйца всмятку и тосты.

Фриц знал характер Вульфа не хуже меня и понимал, что от подобной выходки Вульф пострадает куда больше, чем он, поэтому молча убрал блюдо со стола. Но тут вмешался я:

– Позвольте мне взять немного. Или, может быть, это помешает вам насладиться яйцами всмятку?

Вульф только хмуро посмотрел на меня.

Вот почему у Фрица в тот день было плохое настроение, и я сам пошел отпереть дверь. Когда раздался звонок, Вульф уже покончил с яйцами и с жалким видом пил кофе, а я уплетал за обе щеки вторую порцию сказочного деликатеса. Я не зажег свет в прихожей, так как на улице было еще достаточно светло. Увидев сквозь стекло посетителя на крыльце, я понял, что он не принесет нам богатства.

Распахнув дверь настежь, я вежливо произнес:

– По-видимому, вы ошиблись номером дома.

Я всегда придерживаюсь политики мирного сосуществования с соседскими юнцами. Это облегчает жизнь, поскольку на нашей улице, как и повсюду, процветают футбол, бейсбол и прочие игры.

– Вовсе нет, – отозвался гость. – Я вас знаю. Вы Арчи Гудвин. А мне нужно видеть Ниро Вульфа.

– Как вас зовут?

– Пит.

– А дальше?

– Дроссос. Пит Дроссос.

– Что же вам нужно от мистера Вульфа?

– Ну, это уж я ему сам скажу. У меня к нему дело.

Это был худой парнишка, черноволосый, черноглазый, с шевелюрой, давно нуждавшейся в стрижке, ростом мне по плечо. Я встречал его на нашей улице и ничего не имел ни за, ни против него. Задача заключалась в том, чтобы без шума спровадить гостя, и в другое время я бы так

и сделал, но после мальчишеской выходки Вульфа решил, что будет неплохо познакомить босса с другим мальчишкой, – пусть поиграют вместе. Вульф, конечно, взбесится, но я все же провел Пита в столовую.

Вульф наливал себе вторую чашку кофе. Он бросил взгляд на Пита, который, должен признать, не был одет приличествующим для аудиенции образом, поставил кофейник и воззрился на меня:

– Арчи, я не терплю, когда мне мешают во время принятия пищи!

Я сочувственно кивнул:

– Знаю, но разве это пища? Неужели яйца всмятку вы считаете пищей? Позвольте представить вам мистера Пита Дроссоса. Он желает проконсультироваться у вас по поводу одного дела. Я хотел было сказать ему, что вы заняты, но вспомнил, как вы рассердились на Фрица из-за того, что он с вами не проконсультировался, и решил оградить от вашего гнева Пита. Он наш сосед, а, как вы помните, соседа своего следует возлюбить, как самого себя.

Дразнить Вульфа – дело рискованное. Взрыв страстей может потрясти Вселенную, но если он не произошел мгновенно, можете считать себя победителем. На этот раз, отпив кофе, Вульф вежливо обратился к посетителю:

– Присаживайтесь, мистер Дроссос.

– Я не мистер, я Пит.

– Хорошо, Пит, садитесь. Лицом ко мне, пожалуйста. Благодарю вас. Вы желаете проконсультироваться со мной?

– Да. У меня есть дело.

– Я всегда приветствую дела, но, к сожалению, сегодня не очень удобное для дел время, так как мистер Гудвин собирается на финал бильярдного турнира. Теперь, конечно, ему придется остаться, чтобы записывать все, что вы расскажете, и все, что скажу я. Арчи, приготовь, пожалуйста, блокнот.

Я уже говорил, что дразнить Вульфа – дело рискованное. Он на мне отыгрался. Я отправился в кабинет за блокнотом, и, когда вернулся, Фриц уже принес кофе мне и бутылку кока-колы с печеньем Питу. Я не проронил ни слова. Стенографирую я почти механически – этим занимается пятая часть моего мозга, так что остальные четыре пятых я мог отдать размышлениям над тем, как выкрутиться из положения.

Нарушил молчание Пит:

– А ничего, что он будет записывать? Я не хочу, чтобы об этом везде трепались.

– Если вы имеете в виду конфиденциальность нашей беседы, то можете быть уверены, что все сказанное не выйдет за пределы этой комнаты.

– Тогда ладно. Я знаю, есть такие сыщики, которым нельзя доверять, но вы совсем другое дело. Мы знаем, как вы не ладите с фараонами. Поэтому я вам все выложу.

– Благодарю вас. Я к вашим услугам.

– Ладно. Сколько сейчас время?

Услышав столь неграмотный оборот речи, Вульф поморщился, а я взглянул на часы.

– Без десяти восемь.

– Значит, это случилось час назад. Иногда важно точное время, поэтому я тут же побежал на угол в аптеку и посмотрел на часы. Было ровно шесть сорок пять. У меня небольшой бизнес на углу Тридцать пятой улицы и Девятой авеню, и тут как раз подъезжает «кадди»…

– Какой бизнес, если позволите узнать?

– Ну, когда под светофором останавливается машина, я тут как тут, подбегаю и начинаю протирать стекла. Если за рулем мужчина, то можно заработать десять центов, ну а если женщина, она то ли заплатит, то ли нет. Приходится рисковать. Так вот, подъезжает «кадди»…