Торлор
Шрифт:
Жара мешала ему, сбивая с концентрации.
Скрестив ноги, он сел на нагретые камни мостовой. Закрыв глаза и натянув остатки капюшона на голову, он скрыл лицо.
Клинок оказался у него на коленях, отбрасывая редкие отраженные лучи в разные стороны.
Стараясь встать на грань сна, Джек звал ворона, ставшего привратником предела.
– Это что еще такое?
– насмешливый голос был громок и зычен - вы теперь так входите в вероятности?
– Он не с нами.
– А с кем?
– голос явно потешался над Измиром - его мы не тронем, он пойдет к
– Ты же знаешь, что это значит - прозвучал спокойный ответ - сам убивать разучился?
– Мы не убийцы, хамелеоны сами будут его судить. А ты все завидуешь, что мы сделали верный шаг, встав под их бога?
– Я всегда считал тебя дураком. Стравив кланы, выиграют только хамелеоны. Это очевидно, после нас, они примуться догадайся за кого? Им нужны только рабы. Наш мир с потерей источника стал землей печали и страха. Ты хочешь, чтобы он таким и оставался?
– Это для вас источник потерян, а вот мы пользуемся его силой и мир вокруг нас стал только лучше. Твои слова для нас больше ничего не значат. Теперь не вы правящие, и знаешь... за все нужно платить. Вот теперь твой черед.
– Сила источника ослепила вас, одумайтесь - Измир отвел копье в сторону и горестно опустил голову.
– Глупец - последовал насмешливый ответ - считай что сила, которой вы не делились ни с кем, ослепляет нас. Но теперь она наша.
– Лекот атакуй его, но не убивай - приказал едва разлечимый Джеком голос - посмотрим, на что ты действительно способен.
Крайний воин шагнул к Измиру и резко увеличился в ширину, отбрасывая в стороны множество теней. Точно также распался на множество теней Измир, метнувшись в сторону врага.
– Оо..
– почти восторженно прозвучал голос - ты смог войти в поток. Неужели снова резал своих? И после этого ты еще имеешь наглость нас поучать?
В это время соприкоснувшиеся на мгновение тени отшагнули в стороны друг от друга.
– То, что хамелеоны открыли вам источник, не делает вас непобедимыми - прозвучал спокойный голос Измира.
Его медленно пятившийся назад противник опустился на одно колено, держась за бок.
– Жало хочет пить - сочувствующим голосом заметил воин, нацеливая острие копья в голову врага.
– По одному - прозвучал жесткий приказ - измотайте его.
Сместившиеся в сторону Измира тени не дали ему завершить задуманное. Темные размазанные пятна налетели на него. На миг соприкасаясь, они отскакивали в стороны, уступая место другим. Наконец они остановились. У некоторых были раны, которые они зажимали руками или не обращали на них внимания, оставляя ткани одежды намокать.
Но и Измир не остался невредим. Левая рука безвольно висела вдоль тела, а со срезанного вполовину уха кровь залила все левое плечо. Его спутники лежали у его ног бездыханными, с вывороченными наружу внутренностями.
– В тебе не осталось силы - голос Лаго уже не был насмешлив - сдавайся и мы сохраним тебе жизнь.
– Если твоим людям мало, я могу продолжить - прозвучал невозмутимый ответ.
Медленно отступая, он приближался к Джеку.
– Вот это я в вас и ненавижу -
– Я тоже соскучился - не открывая глаз, с легкой иронией, ответил человек - кстати, это больно. Когти ворона дошли до кости, зацепившись за нее, и все наращивали давление.
– Ладно, ладно - повернув голову к птице, он открыл глаза, встречаясь с ней взглядом.
Резкое чувство падения, спиной назад, в абсолютной темноте сбило его дыхание. Накатила липкая мерзость забивающая уши, нос и непроизвольно открывшийся рот. Она стремилась захватить, поглотить, растворить в себе попавшего в расставленную сеть, неосторожного путника.
Секундная паника ушла, перекрытая возникшей болью в плече, навязчиво напоминая человеку, что с ним происходит. Успокоившись, Джек стал наслаждаться странным чувством непрекращающегося падения. В полной тишине, заставившей паниковать кого угодно, но только не его, уже пережившего нечто подобное в бытность существования в темной сфере. Он улыбнулся, разведя невидимые руки в стороны и чувствуя бескрайние просторы полного покоя. Липкая мерзость, перестала быть таковой, почти замурлыкав на грани передаваемой вибрации. Мягкий кокон щекочущих завихрений окутал человека, сливаясь с ним в единое целое, принимая и радуясь новой сущности.
Резкий крик ворона чуть не разорвал перепонку окунувшейся в тишину сущности. Крылья забарабанили по голове переставшего улыбаться Джека. Труд птицы не прошел даром, он почувствовал легкое движение в пространстве. Сперва медленно, но все больше и больше набирая скорость, он перемещался вслед за орущей и беснующийся птицей. Наконец он почувствовал легкий упругий толчек и оказался в пределе. Монолит был виден у самого горизонта, ему пришлось идти до него, впитывая в себя окружающую холодность. С каждым шагом его облик менялся, обожженная кожа сошла, открыв под собой тонкий, народившийся покров. Броня возникала странными кусками неотделимыми от него самого. Сначала прикрылась спина толстым черным панцирем, потом ноги снизу до колен, задняя сторона предплечий, колени потом полностью шея и затылок. К концу короткого путешествия он был полностью облачен в черную броню с развевающимся за спиной плащом.
Взобравшись на монолит, он вздохнул полной грудью и опустился на черный камень, оглядывая окружающее. Спокойствие и едва ощутимая радость наполнили его. Джек был дома.
Концентрируясь на возникшей проекции самого себя, он погрузил кисти рук в монолит, становясь с ним единым. Простым желанием Джек заставил почти материальную проекцию изменить свое положение в пространстве. Надвигая ее на себя, он совместил свои глаза и глаза проекции.
Копье Измира не встретило на своем пути сопротивления. Сместившись, незаметным движением, в сторону, Джек ушел от смертельного удара нацеленного ему прямо в сердце.