SergeiMinaev-MoscowLoveNot
Шрифт:
Сергей Минаев
Сергей Минаев
Москва,
я не люблю тебя
Астрель
Москва
УДК
821.161.1 31
ББК
84(2Рос=Рус)6 44
М61
Оформление обложки:
«Креативное агентство Cabu»
Минаев, С.
М 61
Москва, я не люблю тебя / Сергей Минаев. — М.: Аст
рель, 2012. — 318, [2] с.
ISBN 978 5 271 39708 0
Главный
город не делает людей лучше и очень скоро избавляет от иллюзий, но
его огни так загадочно мерцают по ночам, что люди невольно начина
ют мечтать о невозможном. Одни только и делают, что ведут интел
лектуальные беседы; другие окружают себя дорогими вещами, наслаж
даясь своим индивидуальным раем; третьи тяжко работают за гроши…
Но все они мечтают, и их мечтами пронизан сам воздух мегаполиса.
И хотя автор сочувствует своим персонажам, он мастерски пере
ходит от юмора к иронии, от иронии — к сарказму.
УДК 821.161.1 31
ББК 84(2Рос=Рус)6 44
Подписано в печать 16.12.2011. Формат 84x108 1/ усл. печ. л. 16,8.
32
Тираж 70 000 экз. Заказ № .
Общероссийский классификатор продукции ОК 005 93, том 2; 953000 — книги, брошюры
ISBN 978 5 271 39708 0
Моей Бабушке
Чрезмерный пессимизм так же противен, как и чрезмерный оптимизм. Два дурака, только разного цвета — черный и розовый.
Анатолий Мариенгоф
Он придет домой и снимет пиджак, Подойдет к окну и будет смотреть
На провода и на окна «Пельменной».
А когда он докурит, он встанет на стул
И накинет веревку на крюк в потолке.
И проверит руками надежность петли, А потом он взлетит.
Я пою тебе песню любви, Москва!
Город, который не чувствует боли и не щадит никого.
Я люблю тебя, Москва, я твой пьяный ребенок, Но я тобою рожден,
И я с тобою помру.
Гарик Сукачев. Вальс «Москва»
ЗВЕЗДЫ
В липком мареве ночного города, на крыше девяти
этажного дома в районе Павелецкой сидели два това
рища. Хотя товарищами их назвать можно было толь
ко по несчастью. Скорее собутыльники. А по табелю о
рангах московской социальной лестницы — бомжи.
Одному из них на вид было около пятидесяти. Это
был довольно высокий мужик, обладатель копны тем
но русых волос, глубоко посаженных зеленых глаз, перебитого в двух местах носа и вечно полуоткрыто
го
лыч» делало его лицо пусть и недалеким, но добро
душным. Последние полчаса он молча сидел, подо
гнув под себя ноги, и несколько напряженно
вглядывался в темное небо.
Его приятель, сутулый маленький человечек, от
кликавшийся на «Игорек», с редкими пучками сизых
волос, прокопченным лицом, покрытым сеткой мор
щин, и с озорными ребячьими глазами, вертел по сто
ронам головой, то расстегивая, то застегивая молнию
на вылинявшем синем спортивном костюме. Будто
пытаясь понять — жарко ему или холодно. Почему
10
Сергей Минаев
его звали «Игорек», никто не знал, ведь в давно по
терянном паспорте значилось совсем другое — Фек
листов Леонид Игоревич, 1948 года рождения. Ве
роятнее всего, эти данные он и сам давно забыл.
Изредка он заглядывал в лицо медитирующего Ми
халыча и, не находя в нем признаков жизни, прикла
дывался к мутной пластиковой бутылке с прозрачной
жидкостью.
Зыркнув на Михалыча в очередной раз, Игорек до
пил остатки, швырнул бутылку вниз, проследил за ее
полетом, достал сигарету и крякнул:
— Михалыч! — и подкрепил обращение хлопком
по плечу. — Э, Михалыч, слышь?!
— Чего ты орешь то? — нехотя отозвался Михалыч.
— А чё ты залип? Сидишь, уставился в одну точ
ку. Я думал, ты...
— Что?
— Ну, не знаю что... умер, например.
— Лучше бы умер! — сплюнул прямо перед собой
Михалыч. — Я на звезды смотрю... падающие.
— Нафига?
— Две звезды уже упало. Красиво. Дай сигарету, а?
— У меня две штуки осталось.
— Давай одну на двоих?
— Ну на! — Игорек нехотя достал из кармана мя
тую сигарету.
— Я говорю, — затянулся Михалыч, — звезды эти, которые упали. Красивые.
— Ну.
— Вообще то все звезды падающие красивые.
— Ну.
Москва, я не люблю тебя
11
— Чего ты заладил, «ну, ну», я тебе лошадь, что ли?
— А чего ты ко мне пристал со своими звездами?
Я тебе чё, планетарий?
— Гы гы гы... пролетарий ты, а не планетарий.
— Какой же я пролетарий, дурак ты стоеросовый, гы гы гы! Пролетарии работают, а я на вокзале по
бираюсь.
— Ну, был пролетарием, наверное.
— Был, — тряхнул остатками волос Игорек.
— Помню, в детстве мать нас с братом на лето
к бабке в деревню отправляла. Мы как завалимся
в сено вечером. Тепло, трещат эти... как их? Свет