Рус. Защитник и Освободитель

Более трех лет назад, в молодой мирок, созданный богиней Геей, попал необычный человек. Во-первых, он прибыл из забытого всеми богами мира, где не было ни капли божественной Силы — немыслимо! Во-вторых, его воля — душевное качество, которое местные маги определяли, как «способность к управлению Силой», оказалась очень сильной, практически божественной. Дошло до того, что один могучий бог — Френом со смехом назвал этого странного гостя «сынком». С него станется, бог был еще тем шутником. Приходил в мир Геи когда вздумается, взял «под свое крыло» целый народ — этрусков и сделал их великолепными воинами.

Хитрые эльфы — сектанты, убегая от

охватившей из родину тотальной войны, очутились в том мире «по ошибке». В местных землях они чувствовали себя крайне стесненно: «вектор Силы» для них был не тот. Жили исключительно в «пятнах» — осколках их старого мира, Валая. Разумеется, такое положение их не устраивало и они решили найти себе новое пристанище, более уютное. Темные и светлые эльфы или по-местному каганы и альганы, считающие себя перворожденными, разглядели необычную волю пришельца. Его уговорили принять участие в ритуале, где собирались использовать Руса (местное имя землянина Владимира Нодаша) в качестве «донора» — в прямом смысле этого слова. Намеревались выкачать всю кровь, до капли, использовать её в качестве независимой от богов Силы и перенестись в новый мир. Как это могло повлиять на Гею, на жизнь местных людишек, их попросту не интересовало — а повлияло бы. Этот исход грозил оставить после себя полностью разрушенный мир, погибли бы миллионы людей. И тогда произошла «Ссора Богов», как назвали это событие местные жители. Рус не дал себя убить. Более того, он сумел «сыграть роль Бога», что при его воле — неудивительно.

В итоге, магическая структура мира изменилась: пропали эльфы, в неведомых глубинах реальности сгинул Эребус — бог «межзвездного мрака», сменила свою сущность и резко ослабла Лоос — богиня «плодородия и деторождения». Если Эребуса одолел Френом, то с перворожденными и с Лоос «разобрался» лично Рус в образе безымянного бога. Его можно понять. Именно богиня «плодородия» выдернула Владимира с Земли, и в ордене Родящих он угодил в рабство; душевное, с полным подчинением самой воли, с постоянным, ни с чем ни сравнимым страданием. Давно он лелеял месть и отомстил. Кстати, во время этой «ссоры», Френом, увидев оригинального псевдо-бога, и обозвал Руса «сынком». А достичь той «псевдо божественности», несмотря на всю свою волю, он смог только благодаря чисто человеческому чувству — любви. Так что без неё, похоже, во всех людских мирах жизнь невозможна…

Со дня свадьбы Руса и Гелинии прошло полгода. Жители Эолгула, недолго посудачив об «освящении брака лично самой Геей», вскоре, погрязнув в вечной торгово-ремесленной суете, забыли о необычном, но их не касающемся явлении.

«Выдал князь младшенькую — хвала Богам и Предкам! Живут себе в загородной вилле, никого не трогают — хвала им же. «Закатный ветерок» называется место. Большой дом с садом и каменная ограда, вроде как структурами укрепленная. Загадочное место и богатое… А муж-то, оказывается, этрусским царем был. Что там случилось — одним богам ведомо, но князь зятя привечает… А Гелингин? Слышали? Продолжает с мужем в орден Хранящих ездить! Совсем стыд потеряла. А муж куда смотрит? Ну и порядки в той Этрусии!..», — в среде скучающих беззаботных матрон подобные разговоры все еще можно было услышать. Когда другие темы исчерпывались.

Спокойствия Гелинии хватило на месяц. Привыкла к новым ощущениям, втянулась в семейную жизнь, и свободное отцовское воспитание дало о себе знать. Первым делом выгнала Сирилгин. Сама не ожидала от себя такой ревности, но как только узнала о бывшей «постельной служанке», взъярилась. Все понимала, простила, но как жить, зная, что «соперница за стенкой»?

Здесь она, надо сказать, немного преувеличила.

Служащие жили в отдаленной части большого квадратного дома с внутренним двориком и бассейном, с хозяйкой пересекались редко, а сама Сирилгин так и вовсе не попадалась ей на глаза. Тем не менее, Гелиния вызвала домоправительницу Асмальгин и приказала «немедленно выгнать мерзавку Сирилгин».

Пожилая тиренка, услышав гневный приказ Гелинии, рухнула на колени. Во взоре — чистая преданность.

— Госпожа Гелингин, княжна! — знала, что не любит хозяйка, когда её называют на тирский манер и тем более величают княжной, однако сказала это намеренно; дабы отвлечь часть гнева на себя, ибо характер пожилой женщины был строг, но справедлив.

Сирилгин, по мнению «правильной» домоправительницы, далеко не подарок и вполне заслуживает презрения, но никак не нищеты или рабства, куда легко могла загреметь за долги её бедного семейства.

Слово за слово, и юная жена, смягчившись, разрешает выдать изгоняемой служанке двухмесячное денежное содержание и более того, позволяет объявить от своего имени «попечение о невесте», то есть назначила за ней хорошее приданное. От женихов теперь отбоя не будет.

«Вот так, красавица, — гордо думала опытная Асмальгин, — а ты, глупая, с мужем споришь. Упади на колени, согласись, ублажи и все по-твоему будет. С возрастом поймешь…», — вдовствующая тиренка, прожив со своим благоверным (самодуром ни чета Русу) почти сорок лет, прошла хорошую школу и всегда вертела мужем как хотела.

Три года назад супруг ушел в «мир Предков». Поначалу, как и положено верной вдове, рвала себе сердце. Но после, получив службу в «Закатном ветерке», прекратила молить суровых Духов «скорее забрать её для встречи с мужем». Этого настроя, неподобающего для истинной дочери Тира, стыдилась. Управление большим хозяйством окрылило её, вдохнуло новые силы. Она приняла Закатный ветерок, как собственный дом и распоряжалась в нем точно так же — в лучших тирских традициях. Чувствовала себя полноценной хозяйкой, правда, за одним исключением — Грацией. Её, в то время по сути содержанку, почему-то боялась как огня. Хвала богам, сейчас она замужем и живет в городе. Зато появилось новое расстройство — Гелиния, которая, вдобавок к своему «неправильному» семейному поведению, продолжала обучение у Хранящих:

«Не дело замужней женщине равняться с мужем в мужских делах его! Не по заветам Предков это. Ох, молодежь, ох уж эти современные нравы!», — возмущалась, но, разумеется, виду не подавала. По неписаным тирским законам «семейный кодекс» един для всех: хоть для вождей, хоть для рабов.

Собственно, против «несправедливых законов Предков», где женщине отводилась второстепенная роль и бунтовала в свое время Гелингин, младшая дочь вождя Сарматов, а ныне жена Руса Четвертого из рода Нодаш. Вышла замуж и все равно не успокоилась. И муж (где это видано?) поддерживал её прихоти!

Полное имя молодой хозяйки стало короче прежнего. Вместо «Гелингин из рода Шахнидов, дочь Пиренгула из племени Сарматов» — Гелиния Нодаш из рода Шахнидов. Поскольку она вышла замуж не за действующего царя Этрусии, а за уже сложившего с себя царский венец, то ей никого номера не полагалось. Даже в «Божественное Завещание» — главную этрусскую религиозно-историческую книгу она не попала. В отличие от мужа, который довольствовался записью«…сие царствование длилось не дольше [высыпания] двух статеров [песка] по часам Главного Фрегорского храма…». Зато в «Своде Княжеских и Майорских родов Великой Этрусии» её имя, как жены Руса Четвертого появилось на самом почетном месте. Бывшие цари крайне редко оставались в живых, поэтому сразу заносились в «князья царского рода» на самую верхнюю строку того самого «Свода».