Шрифт:
ГИБЛОЕ ДЕЛО
Они
— Смотрите! Бактериальная жизнь так богата, что я не удивлюсь, если сведения про человечество, в частности, про Бабыл — не выдумка, — подумал Ян. — По отношению к бактерии все прочие организмы — паразиты.
— Сведения получены из надежного источника, — тотчас возразила Инь. — Цивилизация 00012AB07698G наблюдала развитие Бабыла в течение почти пятисот лет. Затем они испугались, что их телескоп — слишком сильное вторжение в тутошнюю жизнь. В результате вмешательства в Бабыле зародилась какая-то деятельная секта, и они решили не мешать, прекратили наблюдения. А когда вновь навели инструмент, тут уже была пустыня.
— Как вы себя чувствуете?
— Восстанавливаюсь, — ответила Инь. — Но не быстро.
— Еще бы! Провести миллионы лет в форме электромагнитной волны… Кажется, я вас опережаю. Как вам мое телесное воплощение?
— Презанятное. Не слишком экономное. Много лишнего. Но, кажется, к этой атмосфере иначе не и не подстроиться. К примеру, это у нас что?
— Нос. Для дыхания. У вас — такой же. Достраивается.
— Неужели они так и выглядели?.. Брррр, тут холодно!
— Через несколько мгновений потеплеет. Я уже не чувствую. Адаптировался. Лучистой энергии сколько угодно, так что голод нам не грозит даже при такой телесной избыточности.
Они находились на бескрайнем каменистом плато с каньонами и холмами. В ландшафте преобладали оттенки красного. Оранжевое солнце висело низко. Ветра не было.
— Всё. Мне кажется, я готова. Начнем?
— Пожалуй. Выводите последовательность один, — предложил Ян. — Вот вам отражатель. — Он протянул ей кусок кремня.
Напряженным взглядом Инь уставилась в камень и замерла. Спустя час на нем зашевелился и начал расти белый бугорок. Затем крохотное яйцевидное образование отделилось и упало в ржавую пыль, совершенно потонув в ней.
— Отдохните, — сказал Ян. — Дальше он сам справится. Теперь моя очередь.
— Чтобы понять их, нужно максимально приблизиться к ним во всем: в облике, в поведении, в обиходе… Постижение — в подражании, — размышлял Ян. — Понять значит упростить.
Они находились в пустой комнате каменного дома, только что выведенного из последовательности номер 5. Два окна были закрыты сплошными прозрачными пластинами.
— Что ж, вы предлагаете питаться молекулярными образованиями? Может, и в объятия друг друга заключим? — поинтересовалась она.
— Вас бросает в крайности. Или… Однако вы очеловечиваетесь! С опережением. У них, если не ошибаюсь, этот тон назывался иронией… Нет, моя идея проще. Попробуем обмениваться информацией посредством звука. Как занятно будет использовать для этого
— Слишком рискованный путь, — возразила она. — Голосовая речь — сильнейший галлюциноген. У древних была такая форма медитации, основанная на ритме и созвучиях речи. Поэзией называлась. Завороженные ею, они декламировали нараспев, а при этом теряли способность думать и действовать. Превращались в сомнамбул… Кроме того, нужно ведь хоть какой-то из местных языков разобрать, чтобы переводить двоичные последовательности в звуки.
За окнами, рядом с расколотой скорлупой двух яиц, размером с порядочный бочонок каждая, копошились два робота-скарабея с ковшами вместо челюстей.
— Позвольте лучше мне, — подумал он, садясь рядом с нею в кресло перед панелью управления. — Нам ведь на запад?
— На северо-запад, — поправила она. — Вот направление. — На экране появился план. — Там были две реки. Город стоял на одной из них. Другая протекала неподалеку.
Они находились в воздушной капсуле чечевичной формы — висели в двадцати метрах над домом. Безжизненное плато расстилалось во все стороны до горизонта. Бледно-голубое небо было пусто. Солнце только что поднялось.
— Реки! А сейчас… Хоть бы капля воды.
— Вода в атмосфере есть, — возразила Инь. — Под землей тоже. Найдем и на поверхности. Но сначала — Бабыл.
Челнок взмыл. Внизу замелькали, а затем слились в сплошной красноватый поток неровности рельефа. Спустя минуту Ян сбавил скорость.
— Не здесь ли?
— По нашим данным — здесь. Но сами знаете, как мы промахнулись с приземлением. Может, и сейчас промашка. Попробуем вон тот курган, — предложила она.
Капсула мягко села в песок. Они выпустили роботов, и те начали вгрызаться в склон холма.
— Тут — почва, — Инь приложила к поверхности небольшой цилиндр и взглянула на индикатор. — Глубокий слой почвы.
— Следовало ожидать, — откликнулся Ян. — Куда ей деться? Атмосфера законсервирована с прекращением высших форм жизни. А общая биомасса уменьшилась менее, чем вдвое. Большая половина всегда приходилась на микроорганизмы, в том числе анаэробные автотрофы. По отношению к ним высшие животные — паразиты. Микробы есть и в километрах под нами.
— Кирпич! — воскликнула Инь. — Но обожженный. Там, помнится, преобладал глазурованный сырец. Может, пожар? Нет, не похоже. — Она разглядывала только что доставленную пробу.
Холм был глубоко пробуравлен во многих местах. На раскопках трудилось полсотни роботов-скарабеев. Исследователи находились под полупрозрачным куполом лаборатории.
— А тут что? Взгляните, в этой штуковине присутствует металл. Мои глаза еще не подводят меня.
— Сейчас посмотрим. — Ян положил небольшую окаменелость в подобие автоклава и через минуту вынул поблескивающий предмет.
— Пентаграмма… Поставить пять точек на окружности с угловым расстоянием в 72°, соединить прямыми. На каждой грани построить равнобедренный треугольник, основание 2R·sin(π/5), сторона R·sin(2π/5)—R·cos(2π/5)·tg(π/5), и убрать их…