Потерянный рай

Мильтон Джон

Не спорится, и ввечеру вкушаем

Мы трапезу, её не заслужив!"

"— О Ева! — нежно возразил Адам.-

Единственная спутница моя,

Любимейшее из живых существ!

Твой замысел прекрасен; хорошо,

Что жаждешь ты назначенную нам

Творцом работу лучше исполнять.

Твоё похвально рвение. Ничто

Не украшает более жену,

Чем хлопоты о благе очага

Домашнего и ободренье мужа

В его трудах. Однако же Господь

Обязанности

наложил на нас

Не столь сурово, чтобы нас лишить

Трапезованья, отдыха, бесед,-

Духовной пищи. Нам вольно с тобой

Обмениваться взглядами, вольно -

Улыбками; улыбка — это знак

Разумности, и не дана скотам,

Она любовь питает, а любовь -

Одна из важных целей бытия

Людского. Не для тяжкого труда

Мы созданы; блаженство — наш удел,

Разумное блаженство, и поверь,

Объединись, мы оба не дадим

Заглохнуть кущам, зарасти тропам

В черте прогулок наших, до поры,-

Её не долго ждать, — когда придут

К нам руки юные помочь в трудах.

Но ежели наскучили тебе

Беседы, я согласие бы дал

На расставанье краткое; подчас

Уединенье — лучшее из обществ,

И после разлучения вдвойне

Свиданье слаще. Но встревожен я

Иным; боюсь, что, от меня вдали,

Ты попадёшь в беду. Не забывай

Остереженье; помни — лютый Враг,

Утративший блаженство навсегда

И нашему завидуя, навлечь

На нас мечтает горе и позор,

Напав исподтишка. Он где-нибудь

Поблизости в надежде адской ждёт

Удобного мгновенья, чтобы, врозь

Настигнув нас, верней осуществить

Коварный замысел. Не чает он,

Когда мы рядом и помочь в нужде

Друг другу можем, нас прельстить грехом.

От преданности Богу отвести

Он алчет нас, любовь расстроить нашу

Супружескую; изо всех блаженств

Любовь, пожалуй, разжигает в нем

Особенную зависть. Таковы

Его намеренья иль много хуже;

А посему — ты друга не покинь

Испытанного, из чьего ребра

Ты рождена и кто всегда готов

Тебя оберегать и защищать.

Когда грозит бесчестье и беда,

Приличней, безопасней для жены

При муже находиться: он спасёт

И оградит супругу либо с ней

Разделит наигоршую судьбу!"

С величьем непорочности, в ответ,

Как некто, чья любовь оскорблена

Жестоким словом, — строгий вид приняв,

Хотя и нежрый, возразила Ева:

"— О сын Земли и Неба! Всей Земли

Властитель! Ведаю о том Враге,

Что ищет нашей гибели. Ты сам

Предупреждал

меня, и я слова

Архангела слыхала невзначай,

Когда он удалялся и цветы

Ночные замыкались; позади

Стояла я в тенистом уголке,

Из сада воротясь. Но чтобы стал

Ты сомневаться в верности моей

Тебе и Богу лишь затем, что Враг

Соблазном ей грозит, — я не ждала.

Тебя насилье вражье не страшит,

Мы так сотворены, что боль и смерть

Не властвует над нами: либо нас

Не в силах тронуть, либо мы легко

Их отразим. Итак, боишься ты

Его коварства; этот страх родит

Сомненье: как бы Враг не обольстил

Меня лукавством, не поколебал

Мою любовь и верность. О, Адам!

Как мысли эти у тебя могли

Возникнуть? Как ты можешь обо мне,

Возлюбленной жене, столь дурно думать?"

Адам ответил с кроткой добротой:

"— О Ева! Бога дщерь и Человека,

Бессмертная! Всецело ты чиста

И безупречна. Вовсе не затем,

Что верность и любовь твою подверг

Сомнению, тебе я дал совет

Не удаляться. Нет! Я лишь хочу

Попытку искушения пресечь,

Врагом задуманного. Каждый льстец,

Хотя бы ничего и не достиг,

Кладёт на обольщаемого тень

Бесчестья, заставляя полагать

Его не столь упорным, чтоб соблазн

Отвергнуть. Ты презрение и гнев

Сама бы ощутила, испытав

Обиду искушенья, пусть она

И тщетна; и превратно не пойми

Мою заботу: уберечь тебя

От оскорбленья. Как ни дерзок Враг,

Навряд ли он осмелится напасть

На нас двоих, а если нападёт,

То на меня сперва. Не презирай

Зловредного коварства Сатаны;

Кто Ангелов опутал, тот весьма

Лукав. Ты помощь друга не сочти

Избыточной; твой взор во мне крепит

Все добродетели. Я при тебе

Разумней, зорче, бдительней, сильней,-

Телесно даже, ежели напрячь

Потребуется мышцы. Высший стыд -

Быть побеждённым на твоих глазах -

Во мне бы мощь геройскую возжёг,

Почто же ты в присутствии моем

Подобное пе чувствуешь и грех

Не хочешь отразить плечо к плечу

Со мною, наилучшим очевидцем

Проверки доблестной твоей души?"

Так изъяснял Адам, как семьянин

Заботливый, как любящий супруг;

Но Ева, думая, что все же в ней

Он не уверен, возразила вновь:

"— Коль на участке малом суждено

Нам жить в осаде, в страхе пред Врагом

Могучим, хитрым, не имея средств