Мордред

Вормель Вирк

Знакомый голос, будто ведя монолог, рассказывал воздуху о своих предстоящих планах по завоеванию Британии. Воздух же, перед которым голос выступал, молчал, не отдавая даже одного слова взамен.

— Мордр…

Попытавшись произнести имя узурпатора, Джулий благоразумно решил закрыть свой рот и не создавать лишнего шума.

— …мама сказала, что приведет дополнительные силы. У них тоже есть некоторые разногласия с Артурией…

До рыцаря доносились слабые, едва слышные отрывки фраз.

Однако это он услышал хорошо, что и заставило его взволноваться.

Дополнительные силы, у которых разногласия с Арутрией?

Она ни с кем, кроме саксов и норманнов не воевала. Первые уже здесь, а вторые лентяи, каких еще поискать. Значит не в людях дело. Да и Мордред не такой человек, который при укомплектованной армии будет добирать дополнительные войска. Его тактика всегда заключалась в магическом превосходстве над противником. Не исключено, что и сейчас так произойдет.

«А мама, у нас Моргана, да?»- мелькнуло в голове у Джулия, и он поморщился.

Хоть немного, но с магией он был знаком, и о том, каким образом тридцатидвухлетней женщине удалось взрастить двадцатипятилетнего ребенка, представление имел. Такое было возможно только если ребенок был не совсем человеком, а, так сказать, его частью. Он лишался многого из того, что было у обычных людей, но взамен приобретал то, о чем многие мечтали только в прекрасных (или ужасных) снах.

Гомункул, ставший рыцарем, это то же самое, что и девушка, ставшая королем. Неслыханно, но бывает.

— Щас я вам устрою дополнительные силы, — хмыкнул Джулий, едва заметил в зоне досягаемости факел.

Он тихо, медленно и аккуратно подобрался к нему, снял с крепления, и поднес к командирскому шатру. Все, что оставалось, так это поджечь его.

И едва огонь коснулся ткани…

Пронзив небеса, на лагерь спускается серая дымка.

Туман, если «это» вообще можно назвать туманом.

Она застала врасплох всех, не только Джулия.

Дымка покрыла весь лагерь, и поднималась она метра на три, не меньше.

Божья ли это кара, или промысел колдунов, обалдевшим воинам было неведомо. И даже Мордред высунулся из палатки, дабы проверить, что происходит снаружи.

А снаружи был густой смог.

— Знакомый запашок, — принюхавшись, констатировал он.

Джулий испугался, полагая, что его маскировку раскрыли просто по запаху, однако последующее заявление Мордреда заставило его в этом усомниться.

— Мерлин рядом. Вот только кто его призвал?.. И какого черта уже утро?

Все еще стараясь оставаться незамеченным, Джулий обогнул шатер и тоже посмотрел на небо, которое заливалось утренним румянцем, проникавшим сквозь едкий дым.

На западе же уходившая ночь вышла из своих прав, уступив место дождевым облакам. Они собрались за считанные

секунды, побуждая гром содрагать землю, а одну-единственную молнию рассечь небосвод и серую пелену. Рассекая ее, словно меч рассекает одежду, огромное количество магической энергии, — а то, что молния была магического происхождения, сомнений у Мордреда не было, — врезается в землю, заставляя ее полыхать.

Столь пафосно может дать о себе знать только великий колдун. То есть, Моргана.

Но на том месте, куда ударила молния, никто не появился. Даже очертания человека не мелькнули.

Постепенно рассеивающаяся пелена, закрывающая всем взор, рассеялась через несколько минут, в течении которых Джулий внимательно следил за Мордредом, следуя за ним куда бы он не направился.

А за эти пару-тройку минут передвигался он часто. Словно осознавая слежку, каждый раз заворачивал в хорошо охраняемые места и не задерживался там надолго, надеясь вычислить шпиона.

Были моменты, когда Джулий мог проиграть эту немую схватку, но все же слабины не давал.

И Мордред не заметил слежки. Зато заметил приближение магических сил, и приказал двум саксонским чародеям быть готовым к схватке с противником. Те кивнули, и рыцарь в золотых доспехах со спокойной совестью направился обратно, в свой шатер, всем видом показывая, что не загадочный туман, ни тем более молния не потревожили его.

Своими действиями он заставил шаблон Джулия изрядно затрещать, ведь остальные-то вели себя как обычные люди: бегали туда-сюда, испуганно вереща «магия-магия». Хотя что взять с гомункула.

Спрятаться в одном из шатров было лучшей идеей за последние несколько минут. Поскольку Мордред знал Джулия в лицо, а шатры сейчас пусты из-за паники, то это лучший способ не дать обнаружить себя.

Просидев в столь необычном укрытии несколько секунд, считая что Мордред уже ушел (а его силуэт Джулий все же видел), рыцарь решил, что пора выходить и продолжать слежку. Ведь он здесь именно за этим.

Раздвинув ткань, загораживающую ему проход, он увидел и тех паникующих людей, и двух чародеев на страже.

И Мордреда, что стоял в упор перед ним.

Тут же тело Джулия пробила невыносимая боль, не дающая даже пошевелиться. Рыцарь посмотрел вниз, на свой живот.

В него вошел зеленый клинок Мордреда, пробив тело Джулия насквозь. Он чувствовал, как его кровь уходила, но видел, что уходила она не на землю малыми каплями, а в меч узурпатора.

И уходила она непрерывным потоком.

Как только тело мужчины иссохло, юноша вынул меч из его уже мертвого тела, которое грузно упало наземь. Впитав остатки крови, меч слился с доспехами, образуя зеленую латную перчатку на правой руке.