Миттельшпиль
Шрифт:
Джентри положил ногу на ногу и передернул плечами.
– Я просто оказался поблизости и решил заскочить. У вас тут впечатляющая обстановочка, Дик. Хейнс хмыкнул.
– А что это у вас с подбородком? Похоже, кто-то хорошенько вам вмазал. Неприятности во время ареста?
– спросил шериф.
Хейнс прикоснулся к своему подбородку - на фоне крупного желтоватого синяка виднелся пластырь. Его не скрывал даже грим телесного цвета.
– Ничего особенного, шериф, - с печальным видом промолвил Хейнс.
– Поскользнулся,
– Да, говорят, что большинство несчастных случаев происходит дома, - проворковал Джентри. Хейнс незаметно поглядел на часы.
– Послушайте, а вы получили фотографию, которую мы вам послали?
– спросил Джентри деловито.
– Фотографию? Ах ту, пропавшей женщины. Мисс Фуллер. Да, спасибо, шериф. Она роздана всем нашим полевым агентам.
– Это хорошо.
– Джентри кивнул.
– Ничего не слышно, где она может находиться?
– Фуллер? Нет. Я продолжаю считать, что она мертва. Думаю, ее тело нам никогда не удастся найти.
– Возможно, и так, - согласился Джентри.
– Дик, я только что проезжал мимо Капитолия на автобусе, и сразу через улицу там такое большое здание с полицейскими кордонами вокруг. Это то самое, как оно называется...
– Здание Сената, - договорил Хейнс.
– Да, это там, где неделю назад террористы взорвали сенатора?
– Террорист, - поправил Хейнс.
– Всего один. А сенатор от штата Мэн в это время отсутствовал. Был убит его политический советник - довольно известное лицо в партии республиканцев по фамилии Траск. Больше никто из важных лиц не пострадал.
– Полагаю, вы участвуете в расследовании этого дела, а?
Хейнс вздохнул и отложил бумаги.
– У нас здесь довольно большое учреждение, шериф. А агентов не так много.
– Да, - согласился Джентри.
– Конечно. Говорят, террорист был пуэрториканец. Это так?
– Прошу прощения, шериф. Мы не имеем права рассказывать о текущих расследованиях.
– Конечно, конечно... Скажите, а вы помните этого нью-йоркского психиатра - доктора Ласки?
– Сол Ласки...
– протянул Хейнс.
– Преподает в Колумбии. Да, мы выясняли, где он находился в уикэнд, тринадцатого. В Чарлстон он, вероятно, приезжал, чтобы организовать презентацию своей будущей книги.
– Вполне возможно. Дело в том, что он должен был прислать мне кое-какие сведения об этих массовых убийствах, а теперь я не могу с ним связаться. Вы не следили за ним, нет?
– поинтересовался шериф как бы между прочим.
– Нет, - ответил Хейнс и снова посмотрел на часы.
– С чего бы вдруг?
– Да, действительно, нет никаких оснований. Но мне казалось, что Ласки собирается сюда, в Вашингтон. По крайней мере, я думаю, он был здесь в прошлую субботу. В тот самый день, когда у вас произошла эта история с террористом в здании Сената.
–
– Хейнс равнодушно пожал плечами.
– Просто у меня такое ощущение, что этот парень пытается кое-что расследовать самостоятельно. Я думал, он здесь появлялся.
– Нет-нет, - быстро ответил Хейнс и вздохнул.
– Шериф, я бы с радостью еще поболтал с вами, но через несколько минут у меня назначена встреча.
– - Конечно, конечно.
– Джентри поднялся, комкая кепку в руках.
– Вам надо обратиться к кому-нибудь.
– К кому?
– не понял Хейнс.
– По поводу вашего синяка, - пояснил Джентри.
– Могут быть осложнения...
Джентри спустился вниз по Девятой улице, пересек Пенсильвания-стрит и миновал здание Министерства юстиции. Затем свернул по улице Конституции, прошел по Десятой мимо здания Службы внутренних доходов, снова свернул на Пенсильвания-стрит и взбежал по ступенькам старой почты. Похоже, за ним никто не следил. Он дошел до Першинг-парк и посмотрел на крышу Белого дома. Интересно, там ли сейчас находится Джимми Картер и чем он занимается? Может, размышляет о заложниках и винит иранцев в своем поражении ?
Джентри сел на скамейку и вынул из кармана свой блокнот, перелистав страницы, плотно заполненные его почерком, закрыл блокнот и вздохнул.
"Тупик.
А что, если Сол был не в своем уме? Является ли он параноидальным психом?
Нет.
Почему нет?
Просто нет.
О'кей, тогда куда он провалился? Надо пойти в библиотеку Конгресса, просмотреть газеты за прошлую неделю, сообщения о смертях и несчастных случаях. Обзвонить больницы.
А что, если он находится в морге под именем пуэрториканца Джона Доу?
Глупо. Какое дело оберсту до советника сенатора?
Какое он имеет отношение к Кеннеди и Руби?"
Джентри потер глаза. В Чарлстоне, когда он сидел на кухне Натали Престон и слушал рассказ Сола, все выглядело очень правдоподобно. Все вставало на свои места - разрозненные, на первый взгляд, убийства выстраивались в цепь финтов и выпадов, которыми обменивались три маньяка, обладающих действительно невероятными возможностями. Но теперь все казалось глупостью. Если только...
"Если только их не было больше”.
Джентри выпрямился. Сол должен был с кем-то встретиться здесь, в Вашингтоне. Но, несмотря на всю свою откровенность, он не сказал с кем. “С членами семьи?” Зачем? Джентри вспомнил, с какой болью Сол рассказывал об исчезновении нанятого им детектива.
Френсиса Харрингтона. Может быть, Сол обратился к кому-нибудь за помощью? К племяннику из израильского посольства? Может, кто-то еще вмешался в это дело? “Кто?” Правительство? Но вряд ли Сол мог подумать, что у правительства есть какая-то причина оберегать бывшего эсэсовца. А что, если таких, как Уильям Борден, Фуллер и Дрейтон, было больше?