Манагер [СИ]
Шрифт:
Теперь, когда непосредственная опасность была устранена, я направил свои усилия на вышибание ворот — шары вылетали из моих руку и били , как гранаты из гранатомёта, расщепляя старое тёмное дерево и выбивая в нём бреши, величиной до полуметра.
Наконец, в двери образовалась дыра, достаточная для того, чтобы в неё прошли, не касаясь друг друга, два человека в ряд и я остановил свои разрушительные удары.
В воздухе стоял запах гари, смешанный с запахом озона — гарь была противной, похоже, они использовали какую-то пакость для пропитки ворот — ну это и понятно, если есть дерево, значит,
Я шагнул к воротам и услышал, как за ними раздались голоса — кто-то кричал, вроде как требуя перемирия. Остановившись, дождался, когда из дырки ворот показался человек с палкой, на которой висел красный флаг — ну совершенно коммунистического вида!
Мне стало смешно — комиссары, мать вашу! Хотя, яуже знал, что в этом мире знаком перемирия служил не белый флаг, а красный, типа — цвет жизни.
Человек огляделся, и направился ко мне, держа флаг, как пионер на пионерском собрании со старых советских снимков.
Подойдя, он слегка поклонился и сказал:
— Господин шаман! Госпожа Вангутара предлагает переговоры и приглашает вас пройти в замок, гарантируя вам полную безопасность, заранее извиняясь за плохой приём такого важного господина, устроенный её сыном. Просит вас не сердиться и не убивать наших людей.
Я внимательно посмотрел в лицо говорящему, как бы определяя возможность ловушки, его лицо мне ничего не дало, кроме определения, что он сильно боится, и решил: а что я теряю? Мне так и так туда входить! Только вот пусть Рункад останется снаружи, так, на всякий случай...
Следом за человеком с флагом я прошёл на территорию замка — за ворота. Передо мной оказалась толпа людей, человек двадцать, впереди стояла дама, как говорят — со следами былой красоты, властная статная матрона, ещё довольно красивая, лет сорока — видимо, мать лордёнка, одетая стандартно для местных дам — курточку с узорами, белую рубашку с кружевами и штаны в обтяжку, что-то вроде лосин (подумал — чего это у здешних женщин такой воинственный стиль одежды? Как будто только что вылезли из доспехов! Надо будет спросить у Рункада...)
Дама тряхнула свой симпатичной головой со стандартной короткой женской причёской и надменно спросила:
— Что вам нужно в нашем бедном замке, господин шаман? Зачем вы сюда врываетесь, беспокоя наших подданных? Извините, что вас так встретили, но и вас ведь никто сюда не звал!
Я с интересом осмотрел даму, демонстративно задержавшись взглядом на её груди и бёдрах, отчего она слегка покраснела, выдержал длительную паузу, как бы показывая, что они ногтя моего шаманского не стоят, и спокойно сказал:
— Чем устраивать здесь вот такие шумные разборки, лучше бы ваш глупый сын спросил у меня, что я хочу и зачем стучу в ворота, и ничего бы такого не было. А теперь что? Из-за его тупости поплатился один из ваших людей, и могут поплатиться ещё многие! — я нарочно развёл руки в сторону и запустил между ними потрескивающий, пахнущий озоном шар — вы присвоили то, что принадлежит мне и спрятались за стеной, как мелкие воришки! Это что, справедливо? Это умно, с вашей точки зрения?
— Что это мы у вас забрали? — прищурилась дама, нервно дёрнув ногой — мы вас знать-то не знали, пока вы не
— Должен же я был возместить мой моральный ущерб! — вы просто потрясли меня своим вероломством, вот как сейчас! — я опять с треском мелких молний продемонстрировал толпе свои способности, подавшись слегка вперёд для пущей острастки.
Толпа вздохнула и подалась назад, но дама, к её чести, осталась на месте и только слегка побледнела:
— Господин шаман, я думаю, нет причин угрожать нам — мы готовы выслушать ваши требования и прийти к соглашению! Может как-то случайно мы затронули ваши интересы, так скажите нам, где мы ошиблись!
— Мама, чего ты разговариваешь с этим коротышкой, дай в него стрелу пустить! — отчётливо услышал я шёпот лордёныша и приготовился к самому худшему.
— Отстань, идиот! Ты такой же дурак, как твой отец! Стой, и заткни свой глупый рот, болван! — мамаша лорда явно рассердилась, но на её лице это никак не отразилось, оно осталось бесстрастным и красивым, как у статуи.
— Итак, господин шаман, я слушаю ваши претензии!
— Хорошо. Давайте не будем больше хитрить и изображать из себя девственниц, ладно? (Дама при этом слегка вспыхнула румянцем) вы захватили моих людей — мальчика и матросов с корабля. Вернее, если быть точным, не вы захватили, а ваш муж, глупо погибший на берегу. Я требую, чтобы вы их выдали мне и конфликт будем считать исчерпанным. Да, хочу предупредить сразу — мне известно точное количество моих людей, захваченных вами, потому не советую врать и укрывать их, обманете — я точно раскатаю ваш домишко по камешкам, сожгу его — там есть чему гореть, не правда ли? — усмехнувшись как можно более неприятной улыбкой, повернулся и пошёл к пролому в воротах, кинув на ходу — я буду ждать у своей повозки — выводите людей, выносите мальчика, и не дай боги вы его уроните или повредите при переноске — я вас всех поубиваю!
Выйдя из ворот, подошёл к повозке и облокотился на оглоблю, ожидая результата своего наезда.
Стоять было тяжко — устал очень, столько за эти дни событий, столько потрачено жизненной энергии — на несколько жизней хватит, это точно.
— Чего они там? Выдают наших? — с надеждой спросил Рункад — без боя обошлось?
— Без боя — устало сказал я и влез на облучок, усевшись рядом с парнем — в ногах правды нет, а ждать, похоже, придётся ещё прилично времени — пока они там доругаются, пока решат как и кто будет выводить — минут сорок пройдёт, не меньше.
Но нет — не прошло и пятнадцати минут, как из ворот вышла процессия мужчин, которые осторожно несли на большом куске ткани маленькую фигурку, в которой я с облегчением, узнал Карнука. Он был очень бледен, полголовы закрывал огромный синяк, а вокруг волос тянулась грубая, воспалённая рана, затянутая неаккуратными стежками — поубивал бы эту чёртову шаманку! Заштопала, как сапог пацана, такой был красавчик, а теперь...впрочем — возможно, ещё поправимо.
Матросы поклонились мне, вышел один, самый старший, и сказал: