Кокаиновые короли

ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ

Перевод с английского ОЛЬГИ ВАРШАВЕР

В жаркий июльский день 1979 года белый грузовичок марки «форд» въехал на стоянку возле крупнейшего в южной Флориде торгового центра под названием «Дейдлендская аллея». Вздумай случайный прохожий осмотреть грузовик–доставщик попристальней, он бы непременно заметил, что надписи на бортах не совпадают. Слева написано: «Счастливо отдохнуть! Еда для пикников и праздников», справа же — наоборот — «для праздников и пикников». Кроме этих надписей, грубо намалеванных по трафарету красной краской,

имелся и телефонный номер, но звонить по нему было совершенно бесполезно — там о пикниках и слыхом не слыхивали.

Грузовик остановился в юго–западной части торгового центра; здесь — между кулинарией и салоном красоты — помещался магазин «Королевские вина». Вообще говоря, Дейдленд — обычное провинциальное торжище в субтропиках Соединенных Штатов. Торговый центр занимает двадцать с лишним гектаров вдоль канала в майамском пригороде Кендал, а вокруг лишь аккуратно подстриженные лужайки, зеленеющие перед типичными американскими домиками в стиле «ранчо». Ежеутренне волна служащих откатывается на десять миль к северу — в центр Майами — и ежевечерне катит назад, спать.

Белый грузовик прибыл в Дейдленд на рандеву. В «Королевских винах» предстояла встреча с Германом Хименесом Панессо — одним из майамских кокаиновых воротил. В грузовике тоже сидели кокаиновые дельцы. И тоже, как и Хименес, колумбийцы. Грузовичок притормозил возле винного магазина, не вызвав ничьих подозрений. Мотор продолжал работать.

Двадцать минут третьего Хименес и его двадцатидвухлетний телохранитель Хуан Карлос Эрнандес вылезли из белого «мерседеса» на дейдлендской стоянке и, оставив девятимиллиметровый браунинг на полу у заднего сиденья, безоружными направились в «Королевские вина».

Они спросили виски «Чивас Ригл». Продавец Томас Капоцци указал, где стоит вино, и Эрнандес на миг отошел от хозяина, чтобы достать бутылку с правой полки. В это время на пороге показались двое из белого грузовика. Один из них навел на Хименеса пистолет–пулемет «Беретта» — и открыл огонь. Другой стрелял из автомата системы «Инграм» (МАК-10). Хименеса и Эрнандеса расстреливали в упор, на полках звенели бутылки. Эрнандес скончался мгновенно. Хименес рванулся к двери, но тоже упал — пули 45–го калибра снесли ему голову. Задетый шальной пулей Капоцци, шатаясь, выбрался на улицу.

Убийцы произвели более шестидесяти выстрелов. Затем, бросив МАК-10, они выбежали из магазина и вскочили в грузовик. Чтобы прикрыть отход, изрешетили все машины на автостоянке. Стреляли куда попало, даже высадили зеркало заднего вида в собственном грузовике. Треск выстрелов, звон стекол… Наконец, грузовик свернул за угол в южной части торгового центра, и снова — тишина. На все потребовалось меньше трех минут.

Радиосигнал в уголовном отделе окружной полиции грянул как гром среди ясного неба: вооруженное нападение с участием латиноамериканцев! Точное время: 14.35, 11 июля 1979 года.

«Вот черт, опять!» — вздохнул про себя следователь Эл Синглтон. Кокаиновая война длилась многие месяцы, и в округе Дейд то и дело находили трупы колумбийцев. С ноября было зарегистрировано двадцать четыре убийства латиноамериканцев на почве наркотиков. Найти виновных удавалось крайне редко.

Бывший моряк Эл Синглтон был худ как щепка и имел примечательные, вытянутые кверху уши. Он уселся в свою неброскую, без полицейских эмблем, машину и направился по Долфинскому шоссе на запад. Позади буйные побеги небоскребов вспарывали небо над Майами, впереди стелились по земле низкорослые пригороды. Истинных причин кокаиновой войны не знали ни в полиции, ни в прокуратуре. По одной

версии, все дело было в соперничестве кокаиновых дельцов из Колумбии. Другая версия предполагала, что колумбийцы никак не поделят сферы влияния с кубинцами. Прежде отношения между кубинскими перекупщиками и их колумбийскими поставщиками складывались достаточно ровно. Колумбийцы скупали лист коки в Боливии и Перу, перерабатывали его в порошок у себя дома и отправляли на север. Однако с 1976 года они решили обходиться без посредников и сбывать кокаин самостоятельно. За три прошедших года четыре–пять колумбийских групп захватили весь кокаиновый рынок в Майами.

К концу 70–х годов контролировать ситуацию стало совсем трудно. Вкусы американцев изменились, марихуана уступила место кокаину, возросший спрос вызвал резкий скачок цен: в Майами 1 килограмм (2,2 фунта) кокаина еще год назад стоил 34 ООО долларов, а теперь — 51 000. Кокаин поступал бесперебойно, его ввозили все больше и больше. Полуостров Флорида с береговой линией длиной в 12 с лишним тысяч километров — сущий рай для контрабандистов. Майами гудел, как огромный улей, банки ломились от отмытых денег, латиноамериканцы зачастили в ночные клубы, где их поджидали конкуренты с припасенными в карманах пистолетами. Самый воздух накалился до предела, достаточно искры — и грохнет взрыв.

«Отстрел в кокаиновом коррале» — статью под таким кричащим заголовком прочел Эл Синглтон в майамской газете «Геральд» всего лишь неделю назад, в воскресенье. Там приводились подробности многочисленных убийств, связанных с наркотиками. Прежде местные жители и не предполагали, что возможна такая жестокость. Колумбийцы погибали самыми разнообразными способами: одних среди бела дня расстреливали в упор в городском транспорте; других засовывали в пластиковые мешки и топили в канале близ Корал—Гейблз. Федеральный прокурор заявил: «Повторяется история Додж—Сити!» Трупы колумбийцев заполнили окружной морг. Округ Дейд получил меткое прозвище «страна–хана». Пользовались, в основном, пистолетом–пулеметом МАК-10. Десятая модель представляет собой небольшую коробочку — компактный инструмент для убийства, который выплевывает тысячу пуль 45–го калибра в минуту и запросто пробивает обшивку любого автомобиля. Полицейские прозвали его «майамским вышибалой».

Эл Синглтон прибыл к дейдлендской автостоянке через двадцать пять минут после радиосигнала. Здесь уже скопилось множество полицейских машин, зеваки толпились поодаль, так как к месту происшествия их не допускали. Старший следователь сообщил Синглтону, что преступники бросили свой белый грузовик за углом, и попросил Эла осмотреть машину и «приобщить к делу».

Синглтон нашел грузовик за магазинами. Парни с телевидения уже вели съемку, вытащив официальный желтый бланк, Синглтон принялся описывать все, что предстало его глазам.

Грузовик марки «форд» выпуска 1979 года приткнулся возле пешеходного мостика, перекинутого через канал, который отделял торговый центр от жилых кварталов. Убийцы, очевидно, скрылись за мостом, в предместье. Ключ торчал в зажигании, мотор еще работал. Сиденья были обиты красной ворсистой тканью. На сиденье водителя валялись солнцезащитные очки и синий бронежилет, какой носят полицейские. На пассажирском месте лежали обрез 30–го калибра, «магнум» и еще один револьвер. На полу Синглтон увидел МАК-10, 9–миллиметровый браунинг и еще один карабин 30–го калибра. На месте преступления редко остаются орудия убийства. Здесь же Синглтон насчитал 6 огнестрельных единиц. Небывалый случай. И из всех стреляли. Похоже на завязку фильма о ковбоях.