Иван-чай
Шрифт:
– Странный вы какой-то.
– Да и вы странная, гражданочка.
– Перестаньте меня так называть, у меня имя есть, что вы как будто в советском союзе остались, вы вроде бы молодой ещё.
– А мы где по вашему находимся?
– В России вообще-то. Вы должны знать, что СССР распалось уже данным давно.
– Вы бредите, вам к врачу надо, наверное у вас температура.
– Да, ничего я не брежу, всё у меня нормально.
– Вы знаете какой сейчас год?
– 2019 год.
– Шутить изволите, фантастики перечитали. Вообще-то сейчас 1952
– Это вы издеваетесь, Думаете я в это поверю. Чушь какая. Вы что сумасшедший? Это какой-то розыгрыш? Историческая реконструкция? Здесь кино снимают?
Он открыл дверь машины и достал газету. С виду газета новая датированная 21 июля 1952. Ну, это же тоже можно подделать, мало ли кому-то захотелось разыграть. Выпустить газету с любой датой и новостями того года не проблема, сейчас даже подарки такие делают имениннику дарят газету с его фотографией и статьей о нём датированную датой его рождения.
Видя моё недоверие мужчина повел меня в дом и включил радио.
– Нет, ну этого не может быть, так не бывает.
Зазвонил телефон, не мой, не мобильный телефон, а такой массивный с барабаном.
Мужчина взял трубку.
– Да, здравствуйте! Да, буду. – кладет трубку – так, что же мне с вами делать. Больная вы или нет я не могу решить. Поедите со мной, после разберемся, кто вы и что происходит. А кольцо мне отдайте, оно принадлежит нашей семье.
– А чем докажете?
– На обратной стороне есть надпись на санскрите «Измени мир
– Так это санскрит, а я арабский подумала.
– Много будете думать скоро состаритесь.
Я находилась в ступоре, во что то такое сложно поверить и поэтому согласилась. Другого ничего не оставалось. Села в машину.
Сказать, что поездка была комфортной не могу, это было ужасно, на жигулях мягче ездить. Мы всё время подпрыгивали на кочках и выбоинах.
Проехав несколько километров начали появляться дома. А потом и городские постройки, на вид я всё же могла определить, что это Петербург. Наверное для этого мужчины это Ленинград.
Все как на фотографиях только цветное. Машин мало. Зелено везде, людей много.
Неужели всё правда и я как то очутилась в прошлом, вот так без всяких машин времени, загадывания желаний и что мне здесь делать, как вернуться домой. Была бы машина времени было бы понятно, как, а тут. Я не хочу здесь оставаться. Никогда не любила историю и прошлое. И тем более такое прошлое Сталин вроде бы ещё не умер. Да меня вообще могут куда-нибудь сослать, в концлагерь и или что там у них. А еще хуже в психушку запрут и делать трепанацию черепа будут, что там еще делали в те времена.
Мама ещё не родилась.
Вот куда это мужик меня везет, вдруг он мне все наврал, чтоб я в машину села, а сам везет меня в полицию или милицию, что там у них тогда было. Или вообще в КГБ. Тогда уже было или сейчас в данной ситуации
Мы ехали по Невскому проспекту, поворачиваем на Литейный проспект.
Ага, точно везет наверное меня в КГБ. Или его всё таки тогда ещё не было.
Останавливаемся около Мариинской больнице.
– Сиди здесь, никуда не выходи! – уж, очень ты необычно выглядишь, ярко слишком, у нас так не одеваются, забрать могут куда-нибудь.
Эта фраза меня, конечно, обнадежила, но что он себе позволяет, выгляжу я ему плохо, умник.
Его довольно долго не было. Мне хотелось все вокруг рассмотреть, но между тем не привлечь к себе внимание. Все вокруг не черно-белое, как воспринимается прошлое по фотографиям. Больница судя по вывеске тогда называлась не Мариинской, а имени Валериана Куйбышева, был такой революционер и политический деятель.
По Литейному прошел трамвай, было бы неплохо на таком прокатится. Да, бесплатная экскурсия в прошлое, была бы она ещё и безопасная с гарантией возврата обратно. Но меня никто не спрашивал.
– Как дела? Я не очень долго?
Я подпрыгнула и ударилась головой, так засмотрелась на всё вокруг, что не заметила возвращения моего гида по этому миру. Как его зовут хотя бы.
– Все хорошо, засмотрелась на все вокруг, я привыкла это видеть на черно-белых фотографиях, а тут всё цветное. Как вас зовут? Вы забыли представиться.
– Николай, как вас зовут я помню, Саша, да не удобно как-то получилось, вы мне сразу представились, а я нет.
– Очень приятно.
– А можно увидеть ваш паспорт? Или в вашем 2019 их уже нет?
Достаю свой паспорт, благо он у меня всегда с собой. Он его рассматривает, ухмыляется.
– А Нижегородская область этого где?
– Здесь она Горьковская.
– Вот как? Любопытно! Ты есть хочешь? Давай на ты, так проще. Я умираю с голоду, сейчас заедем в продуктовый магазин и поедем обратно.
– О'кей.
– Что?
– Да, хорошо, я тоже есть хочу.
– Что тебе купить? Может чебуреков или пышек?
– Пышек, я не ем мясо.
– О, как? Что так?
– Не хочу никого убивать.
– Ты же не собственноручно убиваешь, а перед тобой всего лишь жареное, вареное или запеченное мясо.
– Это как заказное убийство получается, я так не хочу.
– Понятно. Я себе чебуреков куплю, а тебе пышек. Сиди в машине я быстро.
Я осталась в машине, разглядывая местность куда мы подъехали. Город похоже только начал восстанавливаться после войны. Все выглядело серым, людей было мало, как впрочем и магазинов. Интересно, что есть в магазинах. Как принято одеваться. Да, я слишком ярко выгляжу в своем платье с кошечками. И ткань наверное тогда ещё такой не делали. Да, и мои кроссовки на ногах, вообще никуда не годятся. Ну, ладно, пускай привыкают.