Итоги № 45 (2013)

Брюссельская Русь

/ Политика и экономика / Главная тема

Почему России не обойтись без Украины, а Киеву — без Москвы

Чтобы ощутить градус российско-украинских отношений, достаточно проехать из аэропорта Борисполь в Киев. В глаза сразу бросится один из многочисленных плакатов, на котором изображена собака и есть надпись: «Европа — наш дiм. Собака гавкае, а караван iде». На минувшей неделе караван дошел до финишной прямой: Верховная рада приcтупила к разработке компромиссного варианта закона, открывающего путь к свободе лидеру оппозиции экс-премьеру Юлии Тимошенко. И если эта кондиция ЕС будет выполнена, ничто уже не помешает проведению в конце ноября саммита в Вильнюсе, где Украина (вместе с Молдавией и Грузией) намерена подписать соглашения об ассоциации и зоне свободной торговли с Европой.

Чем аукнется этот союз для Украины — разговор долгий. Но то, что он обозначит конец постсоветской истории, факт непреложный. На месте бывшего СССР возникают два политико-экономических блока, напоминающих давнее соперничество двух великих княжеств: Московского на востоке и Литовского на западе. При этом, как и 500 лет назад, московская партия объективно сильнее, хотя и запрягает по-прежнему слишком медленно.

Московская Русь

Ровно 10 лет назад в свет вышла книга второго президента Незалежной Леонида Кучмы «Украина — не Россия». Но только теперь стало ясно, насколько серьезно в Киеве относятся к своей незалежности и от кого именно готовы ее «обороните». Сегодня у восточных славян все почти так же, как и пять веков назад. Центр антимосковской партии опять в Вильнюсе. И, наверное, не только потому, что Литва председательствует в Совете Евросоюза, но и в силу исторических фактов. Ну а на границе западной и восточной половинок русской цивилизации снова возводятся засечные линии. Самые настоящие — даже рвы предусмотрены. Россия и Украина вдруг спешно занялись укреплением границы. Между пунктами пропуска растягивают колючую проволоку, обустраивают контрольно-следовые полосы.

В Донецкой и Луганской областях Украины на границе скопилось несметное число фур. Обстановка там в последние дни относительно нормализовалась, но причина осталась. Москва предприняла меры по обеспечению правил транзита товаров, которые ввозятся на территорию Таможенного союза (ТС), куда входят Россия, Белоруссия и Казахстан. И, видимо, теперь очень не скоро войдет Украина.

До полноценной торговой войны дело, скорее всего, не дойдет. Об этом, в частности, заявил глава МИД России Сергей Лавров, встречаясь со своим украинским коллегой. Но и никакого привилегированного партнерства Киеву больше не обещают. Исключительно по нормам ВТО: с торговыми спорами, антидемпинговыми мерами и судебными разбирательствами. Ну а за кредитами, как сказал премьер Дмитрий Медведев, украинцам отныне добро пожаловать… в Брюссель.

Зона свободной торговли с ЕС, по мнению российского руководства, никак не сочетается с идеей СНГ. От Содружества после вильнюсского саммита останется лишь видимость. На постсоветском пространстве окажется два союза: Таможенный — с прицелом на более тесный, Евразийский, и восточный филиал союза Европейского.

Москва бьет из всех орудий. От заявлений,

что гражданам России и Украины следовало бы ездить друг к другу по загранпаспортам (следующий шаг — визовый режим), до предупреждений о том, что украинское сало никак не вписывается в технические регламенты ЕС. А вот в наши регламенты, да под горилку, вписывается, да еще как! И это не говоря уже о первых залпах новой газовой войны. У Украины вновь образовался долг за поставки — почти на миллиард долларов.

В то же время советник Владимира Путина по евразийской интеграции Сергей Глазьев (именно он пуще других пугает украинцев) предупредил Киев о последствиях вступления в «неравноправную зону свободной торговли» с ЕС. По его словам, украинская экономика вплоть до 2020 года будет терять в год по 1,5 процента ВВП . Зато в случае вступления в ТС она одномоментно получит выгоду в размере 10 миллиардов долларов.

Если принять на веру эти цифры, то следует признать, что и потери России возросли бы симметрично. Обещанные ранее Киеву скидки на газ и отмена экспортных пошлин на нефть — это прямые убытки для бюджета. Хотя и действующий Таможенный союз уже сейчас российской казне обходится недешево. По некоторым оценкам, из-за отмены пошлин и утечки капиталов в Белоруссию и Казахстан наш бюджет теряет более 10 миллиардов долларов в год. И зачем, спрашивается, Москве идти на новые жертвы?

Однозначный ответ дать сложно. Но попробуем разобраться.

Главная причина того, что для России союз Украины с Западом что нож острый, имеет скорее геополитический характер. Без этой страны проект Евразийского союза теряет всякий смысл. Казахстан и Белоруссия — это хорошо, но мало. Достаточно сказать, что украинский ВВП вдвое больше, чем казахстанский и белорусский вместе взятые. Эффект от интеграции Украины с Россией был бы огромен. По данным украинской службы статистики, наша страна остается главным торговым партнером Киева. Удельный вес России в общем товарообороте Украины в январе — июне 2013 года составил 26,2 процента (годом ранее — почти 30 процентов. А это 50 миллиардов долларов).

Украина — один из важнейших рынков сбыта для российских энергоносителей и прочего сырья. Между тем в этом году Киев уже сократил импорт нашего природного газа на 35,2 процента (или на 5,6 миллиарда кубов). Российская нефть в 2013 году на Украину вообще не поставляется, тогда как в январе — июне 2012 года на украинские НПЗ ее было направлено 734,8 тысячи тонн. Сокращение объемов поставок — это прямые потери в том числе и для Москвы. Планы же Киева вовсе отказаться от импорта российских энергоносителей грозят нашим импортерам серьезными убытками.

Но не это главное. В конце концов как торговый партнер Украина погоды не делает — особенно на фоне 400 миллиардов долларов торговли с ЕС и более чем ста миллиардов с Китаем. Зато, по оценкам Федеральной миграционной службы, в России работают около 2,5 миллиона трудовых мигрантов с Украины. Интеграция соседней страны с ЕС прежде всего означает, что значительная часть этой (кстати, как правило, квалифицированной) рабочей силы утечет на Запад. Это будет серьезным ударом по российскому рынку труда.

Российский бизнес, в свою очередь, глубоко окопался на берегах Днепра. По некоторым оценкам, после окончания приватизации на Украине около 60 процентов местных предприятий будут принадлежать российскому капиталу.

Наконец, еще один аргумент диктует Москве политику сближения с Киевом. И он, пожалуй, ключевой. Дело в том, что с тезисом, который Леонид Кучма вынес в заглавие своей книги, в России категорически не согласны. По словам ведущего научного сотрудника Института мировой экономики и международных отношений РАН Алексея Портанского, «Москве хотелось бы видеть Украину в ТС, а в будущем — в Евразийском союзе. Если вспомнить опыт Европы, то там в 50—60-е годы роль интеграционного локомотива сыграли Германия и Франция. На постсоветском пространстве в этом качестве могли бы выступить Россия и Украина».