Игры кончились...
Шрифт:
Ответов не слышно, ведь Амон слишком быстро идет, и она едва может поспевать за ним. Поэтому, она лишь берет маску от формы уравнителя и скрывается за ее полотном, укрывая выдающий ее мысли блеск в глазах за стеклом зеленых аккумуляров.
Снова целый день они вместе. А жизнь крутится вокруг них, спутывая все тесней и тесней. Они ведь даже не подозревают, что их общие тайны, сближают их, заставляя ее непроизвольно, обхватив его руку, прижиматься к его сильному плечу, оправдываясь, что на морозном воздухе так теплей, а он не отталкивает, решив, что так ему
Корра внимательно смотрит за высокой фигурой Амона, который успевает подобно давно усопшему древнему Кесарю творить несколько дел одновременно. Девушка следует за лидером революции, сливаясь с отбрасываемой им тенью, и он кажется не обращает на свое отражение внимания. Когда они остаются одни, он указывает на нужное, словно пытается запечатлеть в ее голове абсолютно все.
Зачем? Им уже не важно, ведь она, не подозревая своих желаний, смотрит на него все мягче, а он, не подозревая возможной опасности с ее стороны, позволяет держать при себе свою пленницу. И они одни в этой толпе людей, окружающих их – маг, что скрывается за маской лидера революционного движения и Аватар, что в форме уравнителя покорно следует за своим антагонистом в этой борьбе.
Настает самый страшный час дня, когда Корре предстоит вновь увидеть ужас на лицах повелителей стихий. Кажется, что белая маска вновь прищуривает глаза, расползаясь в широкой улыбке победителя. Мгновения длинною в смерть стихии мерно отстукивают ритм в ее висках. Она смотрит на таких же магов как и она, склоняющихся колени под натиском революции, и у нее снова сжимается сердце, замечая в их глазах страх и желание очутиться подальше от этого ужаса, от этой белой маски.
Страх и желание....Они объявили себя хозяевами и правят этим маскарадом. Они все боятся, боятся как те уравнители, как она сама. Во всей этой суете, кажется, один ОН сохраняет невозмутимое спокойствие.
Корра смотрит на его широкую прямую спину, на его грозную фигуру, излучающую силу. « Я в ответственности за своих людей», слышит она, и в голове Аватара взрывается решение прекратить свой маскарад, решение прекратить прятаться от этого ужаса, от этой ответственности. Ее руки стягивают маску, медленно и степенно. Амон, непрестанно наблюдающий за ней, останавливается.
– Смотрите! – разносится гул в толпе уравнителей и плененных магов.
Все взгляды обращаются на одного человека в этом зале, в котором сегодня поют прощальные песни способностям повелевать стихией и хвалебные гимны свободе от гнета магов.
– Это же… Аватар… – понеслось по толпе.
Она открывает свои бирюзовые глаза, обращая свое лицо ко всем присутствующим. Все теперь она не будет прятаться. Она в ответственности за происходящее как любой маг, и любой уравнитель. Она не может ничего сделать, пока… но теперь она не будет стоять в стороне. Она смотрит в прорези белой маски, излучая своей фигурой еще неуверенное решение, и предводитель революционеров медленно возвращается к своей главной задаче.
Каждый маг, что с мольбой и ужасом в глазах, смотрит отчаянно на Аватара, питается этим ее решением, с болью смиряясь со своей судьбой. Она ничего не может сделать, утопая в трясине бессилия, решив, что обязательно спросит Ноатака о его причинах совершать
«Выдержит… ведь она – боец по характеру».
Вновь его кабинет и вновь они разговаривали, перескакивая с темы на тему. И вроде бы ее усталость предполагала спокойный тон разговора, а его расположение к ней только подтверждало это, но на столь казалось безоблачном небе появляются грозовые тучи.
Корра решила задать главный вопрос, который мучил ее еще с того момента, когда Тарлок поведал ей историю о своем старшем брате, что однажды сбежал из дома, а теперь возглавлял движение революционеров. Сидя в камере, у Аватара созревали вопросы относительно причин, сподвигших Ноатака, о его ненависти к магам.
Почему? Зачем? Как? Когда?
Он пытался перевести течение беседы в мирное русло, понимая, что она сегодня прошла по лезвию ножа и устала, морально и физически. Амон долго терпел ее требования. Он всегда был немногословен, заставляя угадывать смысл сказанного между произнесенных им фраз, но теперь… будто и вовсе решил, что слова самое дорогое сокровище, что есть у него, выдавливая фразы из себя очень не охотно.
– Почему? Я не понимаю! Почему ты – маг воды, маг крови. Почему ТЫ повел за собой этих людей. Ответь! Я хочу услышать это от тебя! – слегка разъяренная его недосягаемостью, она все яростней требовала ответа.
– Ты тратишь время, и мое, и свое, Аватар.
– Ты обещал мне все объяснять, так объясни, почему один из сильнейших магов воды занимается всем этим. Я хочу….
– Хм…Может Аватар лучше меня предполагает о моей занятости? – он выпрямил свою статную спину, вновь возрастая над девушкой.
– Что? Нет…Я хочу чтобы ты отве…
– Разговор окончен. – подумав о том, что девчонку стоит вернуть обратно в камеру, Ноатак решил лишь оставить Корру одну в четырех стенах его кабинета, не желая выслушивать весь этот фарс, столь яростно излучаемый ею.
– Нет, не окончен… Стой. Ноатак. Тарлок сказал, что Як.… – она ухватила его за рукав, упрямо требуя ответа, и это стало последней каплей в чаше терпения Амона.
Она не успела ничего понять, все было слишком быстро. Маг крови схватил Корру за руку, и рывком впечатал в стену, решив избрать другую тактику. Девушка, ударившись спиной, стиснула зубы и повисла у него на руках. Ее голова оказалась на уровне его лица, и сейчас Корра вдавливалась в стену мощной силой уничтожающих голубых глаз.
– Не... смей...
Девушка, словно придя в себя, опасливо взглянула на него. Корра чувствовала на себе его взгляд, взгляд хищника на жертву, отчего у Аватара все переворачивалось внутри вверх дном. Возник страх, и теперь это было не опасение за свой дар повелевать стихией, теперь это был простой инстинктивный страх жертвы.
– Ноатак. – как будто взывая к его сознанию, осторожно, боязливо раздался ее голос, срываемый на шепот, но она, выкручивая руки в желании освободиться, лишь упрямо смотрела ему в глаза. – Пусти... меня… – что-то внутри нее клокотало от такой близости к магу крови, а он слишком хорошо прятал свои мысли, чтобы она смогла понять хоть что-то.