И на исходе дня...

Ерш Ника

Домик, в котором прятался Серж, мы нашли без труда. Еще перед отъездом я попросил Халка захватить с собой его фирменный серебряный кастет с выгравированными на нём рунами упокоения. Таким можно было легко приструнить ожившего мертвеца, особенно в моём нынешнем состоянии.

Друг остался дежурить у входа, а я тихо открыл входную дверь и проскользнул внутрь. Первое, что почувствовал – это отвратительнейший запах буквально пропитавший стены дома. Затем услышал тихие стоны и рычание. Нацепив на правую руку кастет, размял шею и двинулся в направлении невнятных звуков.

Зрелище,

увиденное мною в большой комнате, несказанно меня удивило: у стены, напротив входа, полулежал бледный, истекающий кровью Данте Стик. Парень из последних сил держал перед собой энергетический щит, испускающий робкое голубоватое сияние. Так он защищался от сильно покалеченного мною Сержа, прыгающего вокруг мерцания, рычавшего и мерзко клацавшего остатками челюсти.

Кажется, кукловод потерял связь со своей игрушкой, и сам стал жертвой. Однако долго размышлять над происходящим мне не дали. Триклятое умертвие почувствовало меня и прыгнуло в мою сторону с явными намерениями удовлетворить свои гастрономические нужды.

Пусть земля ему будет пухом.

Обтерев кастет о старый диван, в последний раз глянул на остатки поднятого Стиком зомби и поморщился. Никогда не привыкну к подобным зрелищам.

– Горан, - прохрипел от стены мой напарник, облизывая пересохшие губы.

Я подошёл к нему практически вплотную и, присев на корточки, уставился в его слезящиеся от боли глаза. Глаза человека, которого когда-то считал другом. У меня не было желания уточнять: «Почему?», меня интересовало совсем другое, о чём я и спросил парня, применяя свой дар:

– Это ты поднимал трупов и убил Зуева?

– Нет, – равнодушно ответил Стик. Почему-то я ощутил облегчение от этого: оказывается, для меня было важно, что он не убивал сам.

– Тогда кто?

– Я думал, ты, – огорошил меня Данте.

Моей силе сопротивляться не мог никто. Даже Асхаров при всех своих способностях не мог пойти против моей воли, если я того пожелаю.

– Говори правду, - я постарался подавить в себе нарастающую тревогу, интуиция ожила и вопила о чём-то важном… о чём-то, что я упустил.
– Ты причастен к ритуальным убийствам, которые мы расследовали последние несколько недель? – наконец, спросил я.

– Нет, – было мне ответом.

Глава 10. Часть 1

ГЛАВА 10

Ольга Кир

Промаявшись добрых полчаса, я уже собиралась разрыдаться от того, что у меня никак не получалось войт в транс, но тут вспомнила о Бромсе. Ему ведь заплатили за уроки со мной, значит, я могу требовать консультации в любой удобный период, например, прямо сейчас!

Идея была гениальной. Подкачало, как всегда, воплощение ее в жизнь.

Выскочив из своей палаты, я осознала: совершенно не знаю, куда идти. Это не секретка, а лабиринт какой-то! На моё счастье в третьем по счёту тупике мне попалась палата с открытой дверью. Внутри же обнаружилась милая бабулька, весьма приличная на вид. Поприветствовав удивленное моим визитом создание, я вежливо спросила, где могу найти Калфика Руя.

– В кабинете он, дочка, - ласково улыбнулась старушка и даже руку мне протянула, мол, «не закрывай дверь, пойдём, проведу

тебя».

– Далеко туда идти? – уточнила я, неуверенно подавая локоток новой знакомой. Та впилась в мою конечность, как клещ и кивнула головой влево.

– Не больше, чем нужно, - загадочно ответила старушка и снова мне улыбнулась.

Честно говоря, я и сама не понимала, что именно меня в ней напрягало: лицо доброе, глазки приветливо так сверкают, да и сама она выглядела очень хрупкой – того и гляди, рассыпится. Однако шестое чувство не оставляло меня в покое, заставляя снова и снова косить взглядом на новую знакомую и искать в ней изъяны.

– А вот и нужная нам дверь, деточка, - мне показалось, старушка стала выглядеть свежее, даже голос у неё звучал более бодро, чем несколько минут назад. Я же, напротив, жутко устала и даже одышку заработала, словно мы километр в гору протопали.

Бабулька, не выпуская моего локтя, открыла свободной рукой дверь в помещение и подтолкнула меня внутрь. Небольшая уютная комнатка меньше всего напоминала лабораторию или чей-то рабочий кабинет. Здесь, скорее всего, собирался персонал для чаепитий, по крайней мере, на круглом столе, покрытом белой ажурной скатертью, стояли вазочки с конфетами и печеньем. В углу я приметила большой кожаный диван и бросилась к нему со всех ног.

– Уф, – простонала я, повалившись на мягкую мебель, - как же хорошо!

– Отдыхай, деточка, - ласково прощебетала моя проводница, уже добывшая где-то мягкий тёплый плед. Пока старушка укутывала меня с ног до подбородка, я благодарно кивала и никак не могла понять, отчего мёрзну всё сильнее. Веки мои тяжелели, глаза закрывались, а внутри нарастало чувство пустоты, словно из меня вынимали что-то важное.

– …говорю же вам, - услышала я откуда-то издалека голос Калфика Руя. – Фриза?! Что вы здесь делаете? Боже мой, Оля!..

И всё. Провалилась в сон. Не знаю, что именно сделала старушка, но её действия помогли мне добиться желаемого: я оказалась на том самом перекрёстке, куда недавно приводил меня Эштон Бромс.

Итак, вперёд – будущее. Заманчиво, но пока мне необходимо разобраться с прошлым.

Повернувшись назад, я сделала несколько осторожных шагов и замерла у первой же попавшейся мне двери. Заинтересовавшись тем, что скрывается за ней, повернула ручку и рванула на себя – ничего; толкнула от себя – результат тот же.

– Да чтоб тебя! – выругалась я, вспомнив треклятого Бромса, который ничего не смог толком мне рассказать, и пнула дверь ногой. Та распахнулась настежь, открывая мне вид на тёмное помещение, с наглухо зашторенными окнами. – Всё чудесатее и чудесатее, - поделилась впечатлениями сама с собой, чтобы не было так страшно.

Напомнив себе: это всего лишь сон, шагнула в комнатку и тут же увидела Эштона Бромса, кутающегося в старый махровый халат. Он стоял у полок с книгами и фотографиями. Вроде бы тот же старик, что приходил ко мне с нравоучениями и наставлениями, но… другой. Тот был уверенным в себе, даже наглым. А этот - ссутулившийся, уставший, угнетённый. Глядя на него такого, я засомневалась, действительно ли выбрала прошлое, ведь скорее это будущее старика.