Хроники Ехо
Шрифт:
– Ну, если вы все равно видели, – наконец решил Король, – можно и объяснить. – Он снова помолчал, подыскивая нужные слова.
– Я причесывал землю. Собственно говоря, именно в этом и состоит моя почетная, приятная и не слишком обременительная обязанность: время от времени приводить в порядок растрепанный Чуб Земли. Ничего особенного, просто несколько светлых, жестких прядок, на первый взгляд немного похожих на сухую траву, – ну, вы сами видели, когда Мир еще был вывернут наизнанку. Сейчас-то, понятно, никто его не найдет. Оно и к лучшему, а то повадились бы какие-нибудь безумные магистры землю за чуб дергать –
Я озадаченно подумал, что земля у нас, оказывается, блондинка, да еще и с тяжелым, неуступчивым характером – если уж волосы жесткие. Но у меня хватило ума не озвучивать этот бред.
– То есть вы причесываете этот самый чуб, и… И все?
– Ну да. Причесываю до тех пор, пока земля не начнет смеяться от удовольствия. Когда все вокруг стало раскачиваться – это как раз и был ее смех.
– Ага… И этого достаточно, чтобы все стало хорошо? – изумился я. – Неужели земле так мало нужно?
– Понимаете, как получается, – улыбнулся Гуриг, – я, конечно, регулярно совершаю этот обряд на Муримаха и еще несколько в других местах. Выполняю все договоры, которые заключили с этой землей мои древние предшественники. Свято верю, что любая, самая ничтожная ошибка может стать причиной невиданной катастрофы, зато успех подарит моим подданным еще несколько безмятежных урожайных лет. Все это конечно, так… Но, знаете, честно говоря, я не сомневаюсь, что эта земля сама хочет быть плодородной.
Ну вот как мы с вами – мы же искренне хотим становиться лучше и мудрее, это совершенно естественное желание. Все живые существа хотят примерно одного и того же: счастья и гармонии. А земля – такое же живое существо, как мы с вами, хотя вам, конечно, довольно трудно это себе представить. Мы, Короли, вовсе не подчиняем природу своей воле, не заставляем ее потворствовать нашим капризам, а лишь помогаем этой прекрасной земле по мере своих скромных сил. Смягчаем ее буйный нрав, развлекаем ее, как можем, радуемся, когда у нас получается ей угодить.
Я только головой качал: уж очень странно это все звучало. То ли слишком уж просто, то ли, напротив, слишком сложно для меня.
– Мои царственные коллеги, Куманские и Шиншийские халифы, с древних времен владели этим искусством, – продолжал Гуриг. – Собственно, наши традиции родом именно оттуда, с Уандука. Создатель и строитель Соединенного Королевства Халла Махун Мохнатый был посвящен в эту тайну в самом начале своих трудов. Он прибыл сюда в очень непростые времена: в хрониках написано, что море в ту эпоху бушевало, желая выйти из берегов, и без его вмешательства не только Сердце Мира, но и добрая половина Хонхоны могла оказаться под водой. Халла Махун заклинал взбунтовавшуюся стихию ежеутренне, на протяжении многих столетий, пока нрав моря не смягчился окончательно. Нам-то куда легче живется! – Король вскочил на ноги, с наслаждением потянулся и предложил: – Если вы не возражаете, мы могли бы вернуться к нашим спутникам.
– И разбудить их? – с готовностью подхватил я.
– Думаю, они и сами давным-давно проснулись. Впрочем, что толку гадать, когда можно просто послать им зов… Надо же, я уже совсем отвык от Безмолвной речи!
– Ох, действительно! И мне в голову не пришло. Надо бы…
– Сэр Макс, – мягко остановил меня Гуриг. – Когда мы с вами отправлялись в это путешествие, я сказал, что не собираюсь связывать вас ни обетом
– То есть эту вашу страшную клятву лучше бы все-таки принести?
Не могу сказать, что я обрадовался такому повороту, но и большой неожиданностью он для меня не стал. Узнал я, как ни крути, куда больше, чем рассчитывал, хотя, честно говоря, понятия не имел, на кой мне сдалась такая бесценная информация. Доктором антропологии на таком материале вполне можно стать, согласен. Но больше обретенное мною тайное знание ни на что не годилось.
– Да нет же, – отмахнулся Король. – Какие уж тут клятвы, если эта земля сама зачем-то допустила вас к церемонии… Понятия не имею почему, но предполагаю, что ей стало любопытно. Еще бы, вы же родились и выросли в другом мире! Конечно, ей интересно, что за чужак такой, чем пахнет, как устроен? Вот и пустила вас на изнанку, чтобы получше приглядеться… Глупо было вмешиваться в ваши с нею отношения, заклятиями какими-то дурацкими уста вам смыкать – притом, что сэр Джуффин Халли со всеми моими и не только моими заклятиями рано или поздно, да справится.
– С другой стороны, не убивать же меня теперь, – осторожно сказал я.
– Да, это было бы довольно глупо, – спокойно согласился Король. – Поэтому вы просто имейте в виду: от вашего молчания зависит судьба всех граждан Соединенного Королевства; больше того, всех обитателей Хонхоны. Наша земля не любит, когда о ее делах начинают болтать люди, это не предположение, а это правило, проверенное горчайшим опытом. А когда земля недовольна, моря выходят из берегов, а ветры принимаются крушить все на своем пути. Она у нас вспыльчивая. – Гуриг сказал это с гордостью, так, словно бы тяжелый нрав планеты был, во-первых достоинством, а во-вторых, его личной заслугой.
– Если нужно выбирать, пусть уж лучше на меня Джуффин обижается, – вздохнул я. – По крайней мере, обойдется без наводнений и ураганов, в этом я совершенно уверен.
– Вот теперь можете посылать зов кому угодно, – улыбнулся Король, – И не стесняйтесь, мне тоже найдется с кем побеседовать – после такого-то перерыва! Вам ведь удобно разговаривать на ходу?
Я пожал плечами – дескать, справлюсь как-нибудь – и с головой окунулся в общение с теми, кто остался дома. Следует признать, что сэр Джуффин Халли был в этом списке не первым, а третьим. В ту пору мне было приятно думать, что как раз вот этого порядкового номера шеф бы мне ни за что не простил. Впрочем, я до сих пор неважно разбираюсь в людях, а уж тогда-то вообще ничего не понимал.
Мы шли добрых часа два. Реальность присмирела: деревья росли там, где им положено, не предпринимая попыток выкапываться и пересаживаться, а птички и букашки больше не отпускали замечаний на наш счет, хотя мне то и дело мерещилось, что косятся они неодобрительно. Наконец нам открылось дивное зрелище: Старший Магистр Ордена Семилистника Моти, голый по пояс, простоволосый и босой, на четвереньках ползал по лужайке и громко мяукал. Леди Лаюки громогласно хохотала, уперев руки в бока.
– Мы тут в «Крак» режемся, на желание, – объяснила она, тасуя колоду карт. – Денег-то с собой не брали… А ты куда подевался, сэр Макс? Мы тебя искали-искали, но зов послать не решились. Никак не могли понять, можно уже колдовать или еще нельзя…