Грань
Шрифт:
— Супружеский долг — это секс. Этот пункт четко прописан в договоре. Не в моих интересах тебя принуждать, но если ты не раздвинешь ноги добровольно, последствия будут плачевными. Для тебя.
Он абсолютно спокоен и это спокойствие разжигает меня ещё сильнее. Внутри все кипит и бурлит от ненависти. Да как он может говорить мне такое? Как вообще он себе представляет выполнение этого супружеского долга? А как же чувства? Симпатия? Они ведь должны быть? Нельзя же просто довольствоваться телом, удовлетворяя
— Раздевайся! — в этот раз он поднимается с кровати и идёт ко мне. На нем по прежнему чёрная футболка и джинсы, но по пути, футболка летит на пол.
— Я не буду! — резко отступаю назад врезаясь в столик. Позади что-то падает, катится вниз и разбивается на мелкие кусочки. Комнату тут же заполняет концентрированный запах моих любимых духов и слышится хруст стекла, на которое наступает Кемаль приближаясь ко мне.
— Уверена? — словно даёт мне последний шанс.
— Уверена! — что он может сделать? Он никто. Это я нужна ему.
Мужчина как и обещал, не собирался меня принуждать. Смерил уничтожающим взглядом и оставил одну.
Кажется, это будут самые сложные три года за всю мою жизнь.
Гаспаро, я искренне надеюсь — ты горишь в аду!
Следующий день оказался намного хуже предыдущего. Сегодня я узнала как сильно я ошибалась приняв поспешное решение о фиктивном браке.
Я не обезопасила свою семью, как мне этого хотелось, я стала самой настоящей марионеткой и Кемаль умело дергал нитки выдавая свои желания за мои. Обставляя все так, что я сама буду просить его поиметь меня..
***
Я не отступила от своего и поскольку утром я не нашла хозяина особняка, вызвала Джакомо.
Приехав на плантацию ближе к обеду, у меня случился самый настоящий шок.
Вокруг суетились рабочие с понурыми лицами. Покидали территорию вместо того, чтобы заниматься делом в самый разгар рабочего дня.
— Что происходит? — подхожу к первому попавшемуся сотруднику, замечая в его руках коробку с вещами.
— Ваш супруг явился и сообщил что все уволены. Сказал производство обанкротилось. Нет средств для выплат. Я проработал с вашим отцом пол жизнь. Сегодня я лишился всего..
Он решил надавить на больное место? Как он вообще смеет распоряжаться моим производством?
— Сеньор, — ободряюще хлопаю мужчину по плечу, — вышло какое-то недоразумение. Это ложь. Производство не обанкротилось. Приступайте к работе и, по возможности, верните остальных. И впредь, — заглядываю ему в глаза, чтобы быстрее достучаться, так как мой контроль на исходе. — Такие важные вопросы решать только со мной. Ни мой муж, ни моя мать, никто либо ещё, не имеет право давать такие распоряжения.
Мужчина быстро кивает топчась на одном месте, не зная что делать: то ли обнять меня, то ли бежать,
Он хочет мое тело? Он получит чего. Подонок!
Иду обратно в авто и громко хлопаю дверью. Интуиция вопит, подсказывая мне, что нужный человек находится у Луки. Именно туда я сейчас и поеду.
— Это как вообще понимать? — Врываюсь в кабинет ураганом и кричу с прохода, даже не сомневаясь что там тот, кого я ищу.
— Я сказал ты пожалеешь! — Кемаль подносит к губам белоснежную чашку, пряча за ней мерзкую ухмылку. — Лука выйди.
Мужчина непонимающе смотрит: то на меня, то на своего «друга» пытаясь понять, что здесь происходит? А я сейчас объясню. Причём, обоим!
— Мне кажется я должен остаться. Смягчить ситуацию так сказать. Похоже назревает конфликт. — Лука неуверенно смотрит на меня пытаясь прочесть мои эмоции.
— Я сказал, проваливай! — рычит на него.
И второй раз за сегодняшний день я впадаю в шок. Наблюдая за тем, как Лука безоговорочно пресмыкается, выполняя приказ чужака.
Нонсенс.
Кто этот Кемаль?
— Я заплатил за красивое тело, — начал брюнет как только за мной захлопнулась дверь и мне показалось, там провернулся ключ. — Не малые деньги, хочу сказать. И если ты, не хочешь возмещать ущерб своим телом, я буду возвращать деньги иным путём: покромсаю твое драгоценное производство на мелкие кусочки и распродам подороже. Поверь, от этого я получу не меньшее удовольствие.
— Ты не имеешь на это право! — шиплю и тычу в него пальцем. Подхожу, напрочь забыв об инстинкте самосохранения.
— Юридически имею, а на все остальное мне наплевать, Сандра.. — тянет мое имя и поднимается.
— Это все ради того чтобы трахнуть меня? Ты решил искалечить множество людских жизней потому что я тебе не дала?
— Да! — отвечает без запинки. — Ты не выполняешь свою часть договора, я не выполняю свою. А деньги свои терять я не намерен. Знаешь, со мной связался некий Адольфо Грассо и он весьма заинтересован в покупке одной оливковой плантации.
— Достаточно! Хватит! Ты хочешь мое тело? Да получай! — не жалея молнии резко тяну ее вниз , затем стягиваю тонкие бретели с плеч. Ткань скользит к ногам, оставляя меня в нижнем белье.
Не замечаю насколько близко подошла к нему в порыве гнева и дёргаюсь, когда грубые руки хватают меня за талию тянут на себя.
Одним движением он смахивает со стола все не нужные предметы и толкает меня к нему не заботясь о моих чувствах. Больно ударяюсь бёдрами о выступающий деревянный край и не сопротивляюсь, когда меня грубо укладывают животом на столешницу.
— Только попробуй кончить в меня! — выворачиваю голову и ловлю его темный взгляд. — Я не шучу, подсыплю в еду отраву!