Годзилла 2000
Шрифт:
Кип быстро переключился в режим висения, а затем дал задний ход и сдвинул Раптор влево.
Пирс оторвал взгляд от дисплея Мартина с оценками полученных повреждений и стал откровенно глумиться, когда понял, что делает Кип. «Лучше бы это у него получилось», с горечью подумал он.
К счастью для Кипа, у него это получилось.
Бортовому стрелку удалось сдвинуть Раптор назад, а затем ловко увести машину в сторону, скрывшись за Сирс-Тауэр.
Все это время Годзилла сосредоточил свой радиоактивный огонь на удаляющейся машине. Когда
Экипажи Раптора-Один и Раптора-Два с изумление проследили за тем, как середина Сирс-Тауэр взорвалась, выбросив наружу и осыпав город под собой разрушенными стальными балками и смертоносными осколками стекла. А затем одно из самых высоких зданий мира опасно накренилось и раскололось надвое. В то время как нижняя часть здания оказалась охваченной огнем и дымом, верхняя его часть наклонилась вправо и быстро опустилась вниз, обрушившись на более мелкие строения внизу.
«Ну вот и всё, повреждения буквально сведены до минимума», пробормотал Мартин.
«Отходим назад, Дэниелс!», приказал Пирс, глядя через лобовое стекло. В то же самое время, в рации одновременно заорали голоса и Тоби, и Лори.
«Ваша машина под угрозой поражения снизу!», вскричала Лори. Но Кип не смог разобрать отчаянное предупреждение Лори среди других голосов, которые в замешательстве тоже кричали у него в наушниках.
«Пилот возвращает себе управление машиной», сообщил Пирс.
Кип тут же передал управление Раптором, и машина начала быстро подниматься. Пирс, в тщетной попытке уклониться от обломков, летевших вверх из зоны разрушения внизу, лихорадочно стал поднимать Раптор-Один вверх.
Но Кип начал обстрел с низкой высоты — вообще-то даже со слишком низкой. Он поставил Раптор-Один под удар главного оружия Годзиллы — его огненного дыхания — а также остаточного ущерба от пожара и взрывов, поднимающихся с земли. Сочетание этих двух ошибок в конечном итоге привели к тому, что могучий Раптор рухнул вниз.
По всей кабине взвыло еще больше сирен, подталкивая экипаж к более отчаянным действиям. Мартин и Тиа начали перечислять бесконечный список сбоев системы — каждый из которых был способен вывести Раптор из строя навсегда.
Кип беспомощно смотрел вперед, по-прежнему не в силах отвести взгляд от взбесившейся твари под названием Годзилла. «Причиной всего этого стал я», осознавал он, с мерзким ощущением холода внизу живота. «Я совершил ошибки и погубил своих друзей!»
Вдруг вся кабина яростно задрожала. У Кипа застучали зубы, когда Раптор, казалось, стало бросать из стороны в сторону, словно он стал разваливаться на части вокруг них. Он стал ожидать в любую секунду появления огня, несущегося по кабине, хотя он и понимал, что это невозможно.
«Взорвался двигатель правого борта!», закричал Мартин. Кип подумал, что никогда прежде не слышал еще таких сильных эмоций в голосе этого молодого
Резко накренившись, что вызывало у всех у них тошнотворные ощущения, кабина угрожающе склонилась на левый борт. Панорама города за окнами тоже накренилась.
Казалось, здания под ними стали до них дотягиваться. Силой земного притяжения Кипа потянуло в сторону, вырывая его из ремней безопасности. Он сдернул с головы шлем, чтобы не слышать крики Тиа.
«Катапультируемся! Немедленно катапультируемся!», закричал Пирс так громко, что Кип услышал его даже и без рации.
Кип протянул руки за голову и ухватился за желто-черные полосатые ручки, приводящие в действие его катапультное кресло «McDonnell-Douglas ACES II».
Но прежде чем он успел рвануть за эти аварийные ручки, картина снаружи остекления кабины поблекла и стала размываться, пока не превратилась лишь в разноцветный калейдоскоп красок. Мигалки, сирены, и даже верхние приборные панели над стеклом и компьютеры — все сразу же отключилось. Кабина — или, скорее, «псевдокабина»-тренажер — неподвижно застыла.
А затем тяжело заработали какие-то невидимые механизмы, и пол кабины начал медленно выравниваться. Кип воспользовался этой временной передышкой в упражнении, чтобы очухаться. Он принудил себя замедлить дыхание и сердцебиение.
«Вспомни упражнения, которым учила тебя доктор Маркхэм», напомнил он себе.
Наконец, псевдокабина выровнялась и зафиксировалась в этом положении. «Чисто?», спросил Пирс, отстегивая ремни безопасности.
Сбоку от него глубоко вздохнул Мартин. «Чисто», сказал он, улыбаясь. Поведение Мартина мгновенно вернулось к прежнему, спокойному состоянию.
«Чисто», воскликнула Тиа, сняв с себя шлем и рассмеявшись своей же панике за несколько минут до этого.
Кип снял руки с ручек катапультного кресла и опустил их. «Чисто», глухо и неискренне сказал он, когда его кресло автоматически развернулось, и Кип лицом к лицу столкнулся со своими расстроенными товарищами по команде. Внезапно в задней части кабины открылись двойные двери, и душа Кипа ушла в пятки.
В псевдокабину Раптора-Один, одного из двух Рапторов-тренажеров военно-воздушной базы Неллис в Неваде, вошел генерал Таггарт.
Держался он жестко, спина его была прямой как стрела. Выглядел он официально и внушительно, хотя на нем и был помятый оливково-серый летный комбинезон, такой же, как и у всех остальных. Тяжелым взглядом своих жестких серых глаз он внимательно обвел экипаж псевдокабины, но, казалось, избегая смотреть на Кипа.
«Ну что, дамы и господа», прорычал он. «Вы потеряли Раптор-Один, уничтожили Сирс-Тауэр, и все вы погибли».
Он замолчал, сердито сверля их глазами.
«А еще того круче, вы даже ни разу не выстрелили!» Генерал смотрел на потупленные взоры стоявших вокруг него с едва скрываемым презрением. И только тогда он взглянул на Кипа.