Ген альфы - 2
Шрифт:
И будто бы мало нам этого дикого напряжение, так ещё и нападение! Столько тревоги промелькнуло в глазах Сэма, даже Джон поменялся в лице. Не успела опомниться, как меня снова заперли в подземелье и я, не удержавшись, всхлипнула. Но не потому, что не выношу находиться под землёй, а потому что мне хотелось, чтобы Сэм отнёсся ко мне с большим теплом. Я понимаю, что это глупо, им предстоит жизнью рискнуть, чтобы нас защитить, а я тут сопли распустила. Сама себя не узнаю, и сама на себя злюсь! А он даже не догадывается, что со мной творится.
— Не переживай. Сэм и Джон справятся.
— Но они ведь могут пострадать, они ведь не бессмертные! …Погоди, у вас что разные отцы? Я не поняла …я думала, если Джесс жена Дэвида, значит все её дети…
— Нет, моя мама была замужем дважды. Сначала она вышла замуж за Дэвида и родила Сэма, потом их отношения стали очень запутанными, появился мой папа, там всё очень сложно и подробностей мне пока что не рассказывают, но мама ушла от альфы и вышла замуж за моего отца бету из другой стаи. Нашего с Джоном отца звали Рой, но восемь месяцев назад папа …погиб. А мама снова сошлась с Дэвидом, потому что любовь не умерла насовсем и что-то в этом роде.
— Ого, какие страсти. Слишком запутанно, как по мне. А где сейчас Джессика? Почему их с Дэвидом нет? — присела я рядом с ней, но Кэсси тут же нахмурилась.
— Ты, конечно, не обижайся, но некоторых вещей тебе знать не положено. Это наше личное, семейное, — вскинула она подбородок, переняв очевидно этот жест от Джона.
— Я просто хочу узнать вас поближе, раз уж мне тоже суждено влиться в эту семью. А как мне это сделать, не задавая вопросы, мне же не повезло как тебе сразу родиться в главном составе?
— Знаешь, ликаны очень хорошо чувствуют фальшь и искренность. Для них важно отношение и они ценят поступки. Моя мама, попав в стаю Дэвида, тоже очень долго доказывала ему, что приняла ликанов в своём сердце. Если ты хочешь стать одной из нас задай себе вопрос, готова ли ты принять ликанов полностью? Готова преданно любить, уважать, дружить, заботиться, принимать знаки внимания, стать частью нашего мира? И когда ты поймешь и примешь это в себе, ликаны тоже это почувствуют. Вопросы можно и нужно задавать, но пусть тебя не удивляет, что ты не получишь ответы на все из них, — вздохнула Кэсси, теребя ремешок браслета. — Даже я всего не знаю. Они меня оберегают от некоторой правды. Считают меня ребёнком. Аарон вот тоже всегда называл меня мелкой козявкой.
— Кто такой Аарон? Что-то ты совсем загрустила, вспомнив о нём.
— Альфа за которого меня сосватали ещё в детстве. Он был старше меня на семь лет, вечно встревал с Джоном в разные ситуации и бунтовал против своего отца. Их стая жила в Лондоне, а после нападения и переворота в Европе Аарон пропал, а его отец погиб. Ты ведь слышала, братья хотят найти мне другого жениха.
— А ты другого не хочешь? — судя по тому, что Кэсси опустила голову ещё ниже — я уже получила ответ на этот вопрос. — Тебе нравился Аарон.
— Постарайся подружиться с Сэмом, он очень хороший, — с грустью вздохнула эта тринадцатилетняя девочка, которая конечно же уже давно не ребёнок.
— Да, я заметила.
В подземелье
— Ничего страшного? Он поправится? — присаживаюсь рядом на корточки, заглядывая в глаза докторше.
— Всё нормально, Сэм легко отделался. Тело альфы затянет эти раны в считанные часы. Хочешь помочь? Когда я извлеку последнюю пулю обработай каждую рану этим раствором.
— Мина, а может это ты сделаешь? — шипит Сэм, округляя глаза.
— Нет, у меня ещё дело полно. За тобой поухаживает Тереза. Не обращай внимания, милая, — улыбается она мне. — Сэм просто смущается. Он ведь сидит перед тобой совершенно обнажённый, кое-как наспех прикрыв пах медицинской салфеткой и думает, что вид его раненного тела вызывает у тебя жалость.
— Мина, ты закончила? — о, теперь Сэм откровенно злится. — Ты это нарочно?
— Конечно, малыш, я люблю выводить из себя парней. Оставляю тебя с твоей девушкой, мой альфа. Будь хорошим мальчиком.
Да, Сэм действительно очень забавно сердится, когда смущён.
— Это не жалость, — касаюсь его плеча, задохнувшись от нахлынувшей волны притяжения. — Это сострадание, сочувствие и желание помочь. Я правда хочу позаботиться о тебе, ведь это самое малое, чем я могу тебе отплатить за то, что ты так героически нас защищал. Позволь я их обработаю, я умею.
— Ладно. …Не думал я, что наше первое свидание пройдёт вот так.
— Ничего, главное ведь, что все живы, — осторожно заливаю каждую его рану приготовленным Миной раствором, прикасаясь как можно нежнее.
— Не все. Я потерял троих, и мой отец пропустил сквозь себя их гибель, почувствовал каждую нашу рану, — с таким горьким сожалением и болью вырвалось у него, что я на минуту замерла, поражаясь такой преданностью и ответственностью.
— Сэм, не думаю, что в таких схватках обходится без жертв. Уверена, ты сделал всё, что мог, — всё-таки он удивительный. А его ещё удивляет моё сострадание, вот у кого нужно поучиться.
— Недостаточно. До возвращения отца я должен предотвратить повторное нападение, — качает он головой. — Мы должны придумать план.
— Всё получится, — я даже не успела осознать, просто поддалась порыву и чмокнула его в щёку. Ого, меня наградили таким удивлённым зелёным взглядом, что я сама чуть не позеленела от смущения. — Это …чтобы тебя поддержать. Это искренне.
— Я чувствую, — улыбается он, и эта улыбка становится загадочной и даже игривой. — Спасибо за такую приятную поддержку.