Фонд
Шрифт:
— Насколько я понял, — сказал Мэллоу, — произошла гражданская война или переворот.
Барр нахмурился:
— В переживаемые нами дни упадка гражданские войны стали обычным явлением. Сайвенну, правда, они не затрагивали. При Стэннеле VI она процветала почти как прежде. Но потом трон занимали слабые императоры, а при слабых императорах появляются сильные вице-короли, и наш последний Вице-король — тот самый Вискард, остатки банд которого все еще охотятся за кораблями торговцев у Красных Звезд, — претендовал на корону Императора. Впрочем, он не был первым, кто пошел на такую авантюру, и если бы
Но он потерпел поражение, потому что когда Императорский Флот во главе с Адмиралом приблизился к нашей провинции, Сайвенна сама восстала против мятежного Вице-короля. — Он замолчал, предаваясь грустным воспоминаниям.
Мэллоу вдруг обнаружил, что сидит на самом краешке стула, и уселся поудобнее, переводя дух.
— Продолжайте свой рассказ, сэр, будьте так добры.
— Спасибо, — устало сказал Барр. — Очень мило, что вы так любезны со стариком. Итак, они восстали, или, скорее, я должен сказать «мы восстали», потому что я был одним из второстепенных руководителей восстания. Вискард едва успел удрать с Сайвенны, и наша планета и вся провинция радостно встречали Адмирала, всячески подчеркивая свою преданность Императору. Трудно сказать, почему мы так поступили. Может быть, мы хотели сохранить верность символу, ибо сам Император был жестоким и испорченным ребенком. Может быть, мы опасались ужасов блокады.
— Ну и… — вежливо поторопил его Мэллоу.
— Видите ли, — последовал мрачный ответ, — это не устраивало Адмирала. Ему нужна была слава покорителя восставшей провинции, а у его людей руки чесались, чтобы быстрее приступить к грабежам, которыми, как правило, сопровождаются такие победы. И в то время, когда в большом городе планеты радостные толпы людей собрались, чтобы приветствовать Императора и его Адмирала, он занял все военные базы и приказал открыть по народу стрельбу из ядерных бластеров.
— Под каким предлогом?
— Под тем предлогом, что они восстали против Вице-короля, помазанника самого Императора. И Адмирал стал новым Вице-королем после месяца кошмарной резни и грабежей. У меня было шесть сыновей, пятеро погибли — при различных обстоятельствах. У меня была дочь. Я надеюсь, что она тогда погибла. Мне удалось избежать гибели, потому что я был стариком. И я поселился здесь, а такие глубокие старики, как я, не интересуют даже нашего Вице-короля. — Он опустил свою седую голову. — Они отобрали у меня все, потому что я помог изгнать мятежного правителя и Адмирал не смог стяжать себе славу.
Мэллоу некоторое время сидел молча, а затем участливо спросил:
— Что же стало с вашим шестым сыном?
— Сыном? — Барр кисло улыбнулся. — Он выжил, потому что под вымышленным именем и в качестве простого солдата поступил на службу к Адмиралу. Теперь он артиллерист в личном флоте Вице-короля. Нет-нет, не думайте про него плохо, он хороший сын. При малейшей возможности он меня посещает и делится со мной всем, что у него есть. Я живу благодаря ему, и настанет день, когда наш великий и славный Вице-король умрет как собака от руки моего сына.
— И вы говорите это чужому для вас человеку? Вы подвергаете своего сына опасности.
— Нет, я помогаю ему, оказывая содействие еще одному врагу Вице-короля. А если бы я так
— А разве корабли не патрулируют космос?
— А вы их видели? Разве космическая стража интересовалась, зачем вы прибыли? Из-за нехватки кораблей в соседних провинциях царит раздор и беззаконие, нет никакой возможности послать даже один патрулировать дальние планеты варваров. Нам никогда прежде не угрожала отколовшаяся часть Галактики — до того, как появились вы.
— Я? Я не опасен.
— За вами придут еще многие.
— Я не понимаю, о чем вы говорите.
— Послушайте, — волнуясь, заговорил старик. — Я сразу все понял. Когда вы только вошли, вокруг вас было защитное поле, не правда ли?
Несколько замешкавшись, Мэллоу ответил:
— Да, было…
— Вы совершили ошибку, сами того не зная. Мне ведь кое-что известно. В наше смутное время ученым быть не модно. События наваливаются на нас лавиной, и тот, кто не может прорваться сквозь нее при помощи бластера, будет раздавлен. Но я был ученым и знал, что за всю историю ядерной энергетики так и не было изобретено портативное защитное поле. У нас были защитные поля, и создавали их гигантские, неуклюжие энергетические установки, которые могли защитить город или корабль, но не одного-единственного человека.
— И какой же вы сделали вывод?
— По космосу ходили странные слухи, противоречивые и путаные, но в те дни, когда я был еще молодым, к нам прибыл чужой корабль. Он был совсем небольшой, а члены экипажа даже не могли толком объяснить, откуда они прибыли. Обычаев наших они не знали. Они рассказывали, что на краю Галактики живут маги, умеющие летать, как птицы, тела их светятся в темноте, а оружие не причиняет им вреда, ибо прикоснуться к ним невозможно.
Все тогда смеялись над их рассказами. Я тоже. И я забыл о них до сегодняшнего дня. Вас в темноте окружало сияние, и, думаю, что даже если у меня был бы бластер, то он был бы бессилен против вас. Скажите, вы можете прямо сейчас подняться в воздух и полететь?
— Я и не слыхивал о подобных вещах, — спокойно ответил Мэллоу.
Барр улыбнулся:
— Ваш ответ меня удовлетворяет. Я не пристаю с расспросами к своим гостям. Но если маги все-таки существуют и вы один из них, то когда-нибудь их прибудет сюда великое множество. Может быть, это и к лучшему. Возможно, нужен приток свежей крови. — Он беззвучно что-то прошептал, а затем медленно заговорил вслух. — Правда, бывает, что все выходит наоборот. Определенные планы строит и наш новый Вице-король, как когда-то Вискард.
— Планы стать Императором?
Барр кивнул:
— До моего сына доходят такие слухи, ведь у него есть друзья в свите Вице-короля. И он пересказывает их мне. Наш новый Вице-ко-роль не отказался бы от короны, но лезть на рожон он не желает. Поговаривают, что поскольку ему не удалось стать Императором, он рассчитывает создать новую империю на далеких планетах, принадлежащих варварам. Утверждают, — впрочем, за это я не ручаюсь, — что он уже выдал одну из своих дочерей за какого-то царька в той части Галактики, которая даже не нанесена на карту.