Экспонента
Шрифт:
— Да, возможно, — дед кивнул. — Есть некоторые обстоятельства, которые позволят тебе передать управление Альфреду, если захочешь.
— То есть ты не можешь этого сделать, а я могу? — Рик приподнял бровь. — Почему?
— Не торопи события. Просто поверь, что я знаю, о чём говорю, — дед усмехнулся.
— Ну, конечно, — согласился Рик. — Если бы не знал, не был бы на этом месте.
— Мне нужно лишь твоё согласие, чтобы объявить о своём решении на церемонии. Альфред поможет тебе решить все остальные вопросы и не бросит на произвол судьбы.
—
— Не сомневайся. Ты всегда бы особенным и Альфред это знает. Мне правда жаль, что Брентон никогда не замечал твоих талантов, — дед пристально посмотрел на него. — Твои таланты и планы Альфреда могут вдохнуть в наш бизнес новые силы, встряхнут это болото и, возможно, получится создать что-то новое.
— Я не уверен, что хочу всего этого, — Рик покачал головой.
— Ты уже не ребёнок, пора думать о будущем, о том, кем ты будешь дальше, о том, что для тебя важно. Я не хочу, чтобы ты влезал в кабалу, которую возненавидишь, я лишь прошу подумать над тем, какие у тебя перспективы, — дед снова закурил.
— Хорошо, — Рик выдохнул. — Я согласен.
— Рад, что ты решил исполнить мою последнюю волю, — Алан широко улыбнулся. — Помни, что здесь всё-таки есть люди, для которых ты много значишь.
Дед встал и подошёл ближе. Рик поднялся, чтобы поклониться, но дед заключил его в крепкие объятия.
Перед церемонией его потряхивало и даже, кажется, тошнило. Не только от осознания, что он согласился на предложение, но и от того, что вот сейчас, при всех этих людях будет произнесена речь и он больше никогда не увидит деда и не услышит его голос.
Этот день казался чем-то далёким, таким, что никогда не сбудется. В шестом секторе Рик видел смерть постоянно, он думал, что привык к ней, но нет. Похорон, как таковых, не будет. Тело кремируют и, по желанию родных, урну выставят в семейном склепе. Хорошо, что на саму процедуру смотреть не придётся.
Приёмный зал заполнялся людьми. В первых рядах сидели самые близкие родственники, дальше — члены союзных семей, затем управляющие корпорациями и так далее. Детей младше пятнадцати — несовершеннолетних, в зале не было. Даже Милли. Рик подумал, что перед отъездом будет хорошо ещё раз с ней прогуляться.
Дед вошёл в зал, опираясь на трость. Он переоделся в самый дорогой парадный костюм и завязал на шее платок. Рядом стоял адвокат и семейный врач, который совсем скоро исполнит желание деда отправиться к предкам.
Тошнота усиливалась, а зал казался душным до изнеможения.
— Позвольте мне начать, — довольно громко произнёс Алан. И без того тихие беседы смолкли вовсе. — Сегодня я позволю себе немного отойти от правил этикета и от души поблагодарить всех вас, что нашли время приехать на церемонию и поговорить со мной лично. Я безмерно счастлив, что вокруг меня такая огромная семья и такой крепкий родовой союз. Со многими из вас мы пережили войну сорок лет назад, со многими из вас мы были объединены целями и стремлениями, и на каждого из вас я мог положиться. Искренне благодарю. Но пришло
Рик покосился на отца, который явно воспринимал слова деда на свой счёт. Таким гордым и надменным Рик ещё никогда его не видел. Будто всю надменность папаши умножили втрое.
— А сейчас, я, в присутствии юриста хочу объявить о последней воле.
Рик почувствовал, как по спине прокатилась холодная волна, а дыхания стало не хватать.
— По своим собственным соображениям и вопреки традиции, я передаю главенство всеми активами, корпоративными предприятиями, семейными активами и имущество своему старшему внуку — Ричарду Йорку.
К горлу подкатил ком, а перед глазами поплыло. Краем глаза Рик увидел, как с места подскочил отец и у него никак не получалось выдавить из себя хоть слово.
— Я оставляю за Ричардом Йорком право распоряжаться наследством по собственному разумению без, — дед оглядел всех присутствующих, — безоговорочно. Его право не подчиняется никаким нюансам и событиям в нашем союзе и на его право не влияют какие-либо решения, принятые в семье ранее, так как в то время, Ричард был несовершеннолетним.
Дед пристально смотрел на отца, и тот явно понимал, о чём именно он говорит. Рику казалось, что он сейчас потеряет сознание.
— Все детали были обговорены мной с юристом, и он подтвердил, что моё решение никаким образом не противоречит законам Конгломерата в целом и Оптимуса в частности. Ричарду будут переданы все необходимые документы и полная информация, которая ранее ему была недоступна по статусу. Все дальнейшие решения Ричард Йорк будет принимать самостоятельно, однако…
— Возмутительно! Невозможно! — наконец выпалил отец.
— Веди себя прилично, — отозвался дед. — Сядь.
Отец молча вернулся на своё место, но это явно был не конец.
— Однако, ввиду юности Ричарда, я официально даю ему право на обдумывание дальнейших действий в течение десяти дней, начиная с этого момента. Надеюсь, что желающих саботировать моё решение не будет, — дед снова пристально посмотрел на отца.
Зал еле слышно загудел. Не все были готовы к такому повороту событий.
— А на этом всё. Я прощаюсь с вами и хочу, чтобы наша семья и наш родовой союз процветали и дальше, — Алан глубоко поклонился.
Все присутствующие гости прекратили перешёптываться и встали, чтобы проводить деда почтенным молчанием.
— Твою-то железяку, — выдохнул Рик, когда за дедом закрылась тяжёлая дверь зала.
Глава 4
Ожидания оказались несколько завышенными — я думал, что увижу нечто невообразимое, но сервер под названием «Кор-Сити», от которого Рик дал пароль, ничего сверхъестественного из себя не представлял, разве что…
Я оглядел улицу, куда меня выкинуло после загрузки — невысокие дома, выстроенные плотными рядами по обеим сторонам вымощенной камнем дороге. Колонны, лепнины, пилястры.