Днепр
Шрифт:
— Тешу себя надеждой, мсье Демпси, что мы с вами скоро увидимся в Киеве.
«Если партизаны не подстрелят тебя, как куропатку», — думает Демпси, а вслух говорит:
— Желаю вам счастливо воевать и победить. Мы демократы, и мы знаем, что такое бороться за демократию.
— Ол райт! — весело отвечает Форестье. Он доволен. То, что Демпси провожает он, а не британский консул, имеет первостепенное значение. В Париже будут довольны. Форестье установил контакт с Паркером. Это факт.
Катер уже ждал Демпси у причала. Американец еще раз пожал руку Форестье и офицерам, обнял Ловетта, бросил ему:
— Ну, смотрите же… — и легко спрыгнул с
Через несколько минут катер скрылся в густой темени лимана. Вскоре он пришвартовался к румынскому крейсеру «Орион», специально прибывшему в Херсон, чтобы взять на борт американского полковника. Пассажира ждали. Как только катер подошел, спустили сходни. С палубы доносился шум. Эрл Демпси неторопливо поднимался на корабль. Первым встретил его командир корабля. Электрический свет озарял его парадный мундир, широкую фуражку, щедро украшенную галунами. За спиной командира стояли офицеры.
— Капитан королевского флота Алексиану, — отрекомендовался командир крейсера. — Имею честь в вашем лице приветствовать доблестную армию Соединенных Штатов.
Демпси небрежно коснулся козырька фуражки. Пожимая руку капитану, спросил:
— Для меня радиограмм не было?
— Есть, господин полковник, — Алексиану поспешно подал Демпси маленький листок, — полчаса назад получена из Бухареста.
Пока Демпси читал радиограмму, Алексиану, дважды перед тем прочитавший ее и так и не понявший, какого черта такая важная особа, как Эрл Демпси, должна заботиться об отъезде на лечение в Швейцарию какой- то там Дженни, стоял навытяжку, ожидая приказаний высокопоставленного пассажира.
По тому, с каким вниманием американец вчитывался в текст радиограммы, Алексиану понял, что здоровье мисс Дженни весьма беспокоит высокого гостя, и похвалил себя за то, что вовремя снял копию депеши.
— Курс вам известен? — осведомился Демпси, разрывая радиограмму на клочки и выбрасывая за борт…
— Курс известен, господин полковник. Разрешите показать каюту и пригласить вас к ужину?
…Вскоре крейсер снялся с якоря. Придерживаясь всех правил военного времени, он пошел на Констанцу.
Демпси заперся в своей каюте. От ужина он отказался. Босс беспокоится. Надо немедленно послать ему письмо. Но это можно сделать лишь в Бухаресте, Демпси знал, что, как только он сойдет на берег, ему станет не до писем. Там каждая минута стоит ста долларов. Думает ли об этом мистер Лансинг — почтенный государственный секретарь Соединенных Штатов? Запершись на ключ, Демпси снял френч и сел за стол, разложив перед собой бумаги. Легкое покачивание судна убаюкивало. Он даже на миг закрыл глаза. В конце концов свою миссию он выполнил. Можно ручаться, что здесь, на Юге, Демпси успел больше, чем его коллеги на Севере. К тому же Украина — весьма лакомый кусочек… Недаром немцы, французы, англичане так заботятся о ее будущем… Что же, он хорошо выполнил указания Государственного департамента. Пока что Соединенные Штаты за кулисами. Но не за горами время, когда они станут хозяевами положения. Петлюра — ничтожество, и все, кто с ним, походят на него. Тем лучше. Они будут верными псами босса. Депеша означала: делам на Юге придают значение в Белом доме. Босс собирался в Европу. Местопребывание — Швейцария. Там озера, горы, целительный воздух. Что же, босс может ехать туда отдыхать… Эрлу Демпси есть с чем предстать перед ним. «Итак, за работу!» Он склонился над столом.
«Совершенно секретно. Лично мистеру Лансингу. Государственный департамент. Вашингтон.
Дописав последнюю строку, Демпси скрипнул зубами. Потом налил себе рюмочку водки, выпил и несколько минут сидел в кресле неподвижно. Ритмичная вибрация судна располагала к отдыху. Но полковник, потерев лоб рукой, взялся за второе письмо:
«Мистеру Пирпонту Моргану. — Уолл-стрит, Нью- Йорк. Ваше задание выполнил. Жду прибытия в Бухарест представителей компании. Все объекты, интересующие компанию, взяты на учет. Подробный список выслал с доверенным лицом. Есть опасность серьезной конкуренции со стороны англичан и французов. Советую немедля заручиться поддержкой «миротворца» (назвать имя президента Демпси не решился). Дайте указание Лансингу, пусть энергично действует в Париже. Ваш приезд в Европу весьма желателен».
Подписавшись и спрятав письмо так же, как и первое, в карман френча, Демпси наконец решил отдохнуть. Он посмотрел на часы: три часа утра! И, зевая, вышел на палубу. Капитан Алексиану, казалось, ждал его появления.
— Может быть, поужинаете, полковник?
— В вашем обществе — с величайшим удовольствием!
Сделав все дела, он мог быть любезным даже с румыном.
В кают-компании за столом, щедро заставленным блюдами и напитками, Демпси совсем развеселился. После второй рюмки он похлопал по плечу седого капитана и пообещал ему свою поддержку. А после пятой — даже провозгласил тост за короля великой Румынии и храброго капитана королевского флота мистера Алексиану.
А два дня спустя полковник не помнил уже о существовании «Ориона» и его командира. Из Констанцы в Бухарест он ехал через Плоешти, где вел двухчасовую беседу с представителем фирмы Дюпона. В Бухаресте, в гостинице «Палас», встретился с Френком Гульдом и Ричардом Фоксом. Разговор был недолгий, деловой. Информация Демпси, по всем признакам, понравилась Фоксу и Гульду. Полный, непомерно широкоплечий Френк Гульд, представитель банкирского дома Морганов, выслушал Демпси, пуская под голубой потолок номера густые клубы сигарного дыма, обругал президента, государственного секретаря и весь конгресс вкупе с сенатом:
— Давно пора, чтобы эти посты занимали деловые люди. Наш Вудро много болтает, носится со своей оливковой ветвью.
Но Ричард Фокс, осторожный, как всякий представитель его профессии (он был главным юристом дома Рокфеллеров), возразил:
— Напрасно вы, мистер Гульд, жалуетесь на президента. Он человек осторожный, и это не лишнее качество, когда имеешь дело с такими пройдохами, как Ллойд-Джордж и Клемансо. А что касается большевиков, то не приходится и говорить о твердом намерении президента уничтожить их.