Демон
Шрифт:
— Да, справедливейший. Будет выполнено.
— Надеюсь. Иначе твой заместитель получит повышение. Ступай.
Слуга согнулся в низком поклоне и попятился. Лишь когда дверь захлопнулась за ним, он позволил себе повернуться.
Завершающий этап взросления ознаменовала линька. Старая чешуя облезала кусками, а её место занимала новая, более прочная. Основной цвет остался зеленый, но к нему добавились красные и желтые полосы на боках и крыльях. В общем, вид стал более заметным, да и крылья наконец достигли нужной для полетов величины.
Для первого эксперимента я выбрал ночь. Смотря вниз со своей
Оторваться от поверхности не сходя с места не получилось. Тогда я разбежавшись спрыгнул вниз. Планирование шло вполне успешно, пока я не решил помахать крыльями. Пара взмахов хотя и подкинули вверх, но крылья мгновенно свело судорогой и полет превратился в падение. Врезавшись в поверхность и прокатившись десяток метров, я с облегчением понял что жив. Тело украшали многочисленные вмятины, но ничего серьезного. Вообще повышенная живучесть не может не радовать. Горо утверждает что при самых тяжелых ранах тархи даже способны регенерировать. Для доказательства он предложил отрезать один из пальцев и подождать пока отрастет новый. Естественно я ему безоговорочно поверил, и палец остался при мне.
После полета я оказался за пределом стен. Теперь предстояло будить часового и требовать меня впустить. Но когда я достиг ворот, они оказались уже открыты. Часовой ударил себя кулаком по груди, отдав местный эквивалент воинского приветствия. Я ответил тем же и вернулся на башню. Та ночь стоила ещё сотни мелких травм. И доставила много удовольствия моим новым подданным. Большинство из них не спали, наблюдая за бесплатным представлением. Полететь тогда так и не удалось.
Но к концу недели крылья окрепли достаточно и небо перестало быть враждебной средой. Летал я конечно медленно, грузно и недолго, но ведь летал. И это начинало нравиться. Хотя аппетит значительно возрос.
Когда поутих страх грохнуться с высоты, я решился на дальнейшие эксперименты. С магией и управлением ветром. Теперь взлет стал гораздо проще — вертикальные потоки можно было создавать по желанию, а не искать где придется. Хотя конечно приходилось следить за равномерностью ветра и его силой. Но с каждым днем получалось все лучше и лучше…
Странно устроен мир. Когда я бегал по пустыне, голодал, терпел всяческие мучения, казалось что лучшее что есть в жизни это покой. Никто не пытается тебя убить, можно вдоволь полежать в теньке, пить сколько хочешь и нормально питаться. Не надо никуда торопиться. Да вообще ничего не надо.
Когда же блаженное ничегонеделание наступило, то я сам принялся искать себе проблемы. Лежать под пальмой слишком скучно. Вдруг вспомнились приятные моменты: какой вкусной была та змея, как забавно боялись призраки пока их не развоплотили, как приятно погружать когти в теплую плоть, сжимать пальцы и вырывая ещё горячее сердце…
Короче от безделья начинала потихоньку съезжать крыша. Да и Горо требовал действий. Впрочем все реже. Мне удалось научиться поставить блок, и половину времени жалкая костяшка разговаривала сама с собой.
И я начал искать себе дело. Как-то незаметно получилось
За прошедшее время город полностью обезлюдел. Восстанавливать разрушенные и полусгоревшие мазанки мало кто захотел. Хотя сделать это было не сложно, но жители предпочли переселиться в крепость, под защиту стен. Благо место внутри хватало.
Я попробовал потренироваться в магии под руководством Горо, но и это скоро надоело. Хотелось чего-то нового. И когда решение пришло, проблемы напомнили о себе. Через Крола.
— Ваша светлость. Вас зовет колдун. — сообщил он поймав меня ранним утром.
— Не мешай, я занят. — привычно отмахнулся я — Собираюсь устроить большой разведывательный полет. Узнаю, что творится в округе.
— И когда господин вернется?
— Через пару дней буду.
Крол помялся, но все же высказал возражения.
— Боюсь колдун не доживет. Совсем плох старик. Он уже давно не молод, а тут такая рана. Я бы не посмел вас тревожить, но вы просили позаботиться о нем…
Действительно колдун не был врагом, собрал энергию, да и нас связывало соглашение. Так что такой приказ имел место быть. Но когда выяснилось что раненый не собирается приходить в сознание, нашлись более интересные дела. И мысли о бывшем владельце башни вылетели из головы. Лишь где-то в уголке сознания сформировалась убеждение что тот давно умер. Не может человек просидеть полдня на колу и выжить. Так что услышанное сильно удивило. Стало даже стыдно. И ведь и пленного не проведал ни разу. Надо будет не забыть… Может выкуп за рыцаря дадут. Хотя зачем мне этот выкуп?
— Ладно, пошли к умирающему.
Колдун лежал в отдельной комнате. Убранство не поражало. Деревянная лежанка, грубый стол и следы копоти на потолке от пожара. Из плюсов можно отметить широкое окно, обеспечивающее приток воздуха и света, а так же груду облезлых шкур, заменяющих постельное белье.
У кровати сидела ведьма. При встрече с такими вот личностями неподготовленного человека тянет перекреститься. Три бородавки, живописно разбросанные по лицу, сморщенная кожа древней старухи и злобный взгляд органично завершающий образ. Впрочем, я уже давно мог различать наличие Силы, и у нее таковой были лишь жалкие крохи. А значит она просто старая женщина с не слишком дружелюбным нравом. И ещё знахарка — судя по кувшину с жутко воняющей мутной жидкостью на столе. И судя по той же жидкости весьма неплохая. Ведь известно, что чем зелье целебней, тем хуже на вкус и запах. Это обещало поднять на ноги и мертвого.
— Ну как он? — решил проявить интерес я. — Дышит?
— Да ваша светлость. Дышит окаянный. Сколько зелья на него перевела — страсть. А он не только не выздоровел, но и вот-вот помрет.
— Разбудить сможешь? Он вроде поговорить хотел.
— Могу господин. Сейчас. — она взяла кувшин и наполнив кружку, поднесла её к носу мага. Тот дернулся и застонал. После чего открыл глаза. Не дав ему опомнится она залила жидкость в рот. Старик закашлялся, но проглотил все.
Старуха, повинуясь жесту скользнула за дверь, оставив нас одних. Я, наконец, осмотрел колдуна внимательно. Выглядел он на все сто. Лет. Кожа пожелтела и обтянула череп, дыхание вырывалось с хрипом и, судя по лицу, он жутко страдал. В прошлый раз он выглядел много лучше. Пожалуй и впрямь не долго ему осталось.