Чародейка
Шрифт:
Почему-то у других ведьм это получалось не так хорошо. То ли они не могли запомнить символы, используемые магами, то ли даже не старались этого сделать. Поэтому по окончанию занятия я осталась довольна собой и была в прекрасном расположении духа. Однако моего хорошего настроения разделили далеко не все.
Всю обратную дорогу до замка Винс причитал, как несправедливо и унизительно противостоять магам, когда ты сам ничего не можешь наколдовать в ответ.
К слову, не унимался рыжеволосый ведьмак аж до следующего урока по боевым искусствам,
Занятие проходило на опушке леса на округлой поляне. Вела его Кибела Гримальди — наш куратор и по совместительству преподаватель по ведьмовскому искусству. Ведьма обладала обольстительной внешностью и относилась к тем женщинам, чей возраст так просто не определить. Ей могло быть как тридцать, так и сорок лет.
Точёная фигура и грация кошки не оставляли равнодушными противоположный пол. Не исключением стали и Винс с Кельвином. Однако если сокурсники и пускали слюни на изящного преподавателя, я их симпатии не разделяла.
Дело в том, что ещё на прошлой неделе наша первая встреча не задалась. Видимо, профессор Гримальди, как и профессор Дарвелс, была не в восторге от того, что я попала к ним на факультет. Иначе как объяснить её словесные нападки?
Вот откуда мне было знать, что на занятие по ведьмовскому искусству необходимо разуваться? И это при том, что мы находились на улице. Осенью.
Видите ли, так легче почувствовать магию земли. Собственно, поэтому я прослушала добрых пятнадцать минут речи о своих интеллектуальных способностях.
— Гарпия общипанная! — выругался стоявший рядом Винс, гипнотизируя взглядом растение в глиняном горшке. — Это ни черта не работает! — сетовал парень, очевидно не добившись никакого результата; почти как и вся группа.
Исключением стали только Грейвз и Марлен, которые сумели заставить шевелиться корни у своих цветов.
— Я думал, мы будем учиться чему-то толковому, а не играть в гляделки с цветком. Как это может помочь в сражении с магами? Да вообще с кем-либо! — не утихал раздосадованный ведьмак.
Ох, а лучше бы он молчал, потому что на этот раз его бубнёж услышала не только я.
— Винсент Таббс, — промурлыкала наш куратор, но совсем не как ластящаяся кошка, а скорее, как тигрица, готовящаяся к прыжку на охоте. — Скажите мне, известно ли вам, что такое природная магия?
Если ведьмак и знал ответ на вопрос, то озвучить его не решился.
— Давайте я вам напомню, что это особый вид магии, — не дожидаясь ответа студента, начала Кибела Гримальди. — Для того, чтобы творить чары по формулам, особого ума не надо, — шпилька в адрес магов. — Настоящая сила кроется в умении управлять стихиями. Тем, что было создано самой Матерью Природой.
С каждым словом ведьма делала медленный шаг в сторону Винса. И с каждым новым шагом голова непоседливого ведьмака сильнее вжималась в плечи.
— Студент Таббс, знакомо ли вам такое понятие, как магический потенциал? Нет? Может резерв или дар? Что, опять ничего? Видимо,
Профессор Гримальди недовольно скривилась, но продолжила:
— Так вот, студент Таббс, возможно, у вас ничего не получается лишь потому, что вы разгильдяй и лоботряс, каких свет не видывал, а может, ваш магический потенциал настолько ничтожен, что только вот с такими цветочками, — ведьма указала наманикюренным пальчиком на растение перед горе-студентом, — вы сможете совладать.
После такой тирады я ожидала, что Винс, как минимум, закопается прямо в этом цветочном горшке. Но парень оказался не робкого десятка.
— Простите, профессор, я не совсем понимаю, как это относится к боевым искусствам, — ведьмак, стоявший до этого с опущенной головой, взглянул на преподавателя. — Как шевелящиеся корни цветка смогут мне помочь? — искренне поинтересовался парень, почесав рыжий затылок. — Ими можно разве что пощекотать в носу противника.
Кто-то из студентов издал смешок, и Кибела Гримальди, точно коршун, тотчас же метнула острый взгляд в сторону весельчака.
— Вы хоть иногда используете свой мозг по назначению, студент Таббс? — женщина с трудом скрывала раздражение. — Задумывались ли вы хоть раз, что всё, что нас окружает, может служить нам мечом и щитом?
Затем произошло то, чего никто никак не ожидал.
Профессор Гримальди неестественно изогнулась, запрокинула голову назад и, раскинув руки в стороны, растопырила пальцы, словно когти хищной птицы. А потом рывком выпрямилась и потянула руки вперёд, будто к тем были привязаны невидимые тросы.
В ту же секунду землю пробили десятки толстых змеистых корней. Словно щупальца гигантского осьминога они извивались и пытались схватить студентов.
Что тут началось.
Ведьмы завизжали, кто-то бросился прочь с поляны, кто-то кинулся к ближайшим деревьям, надеясь укрыться за их стволами.
Мне удалось увернуться от нескольких нападок, а вот Винсу не повезло. Ведьмак не заметил подползшие, точно змеи, корни, и те обвили его ноги петлёй, отчего он потерял равновесие и свалился на траву. Но обезумевшим корням этого оказалось мало. Они ползли дальше по его телу, сдавливая и оплетая, словно жгуты, пока не достигли плеч. А затем древесный кокон взмыл вверх, удерживая пленника в метре над землёй.
— А вы всё развлекаетесь, Кибела, — донёсся со стороны смешливый голос Олафа Копельштафа. Декан, проходивший как раз в это время мимо, остановился и принялся наблюдать за происходящим с лёгкой улыбкой, точно видел что-то обыденное. Скорее всего, так оно и было. Что-то мне подсказывало, что Кибела Гримальди проделывала подобное далеко не в первый раз.
— Мотивирую студентов к учёбе, декан Копельштаф, — отозвалась профессор переливистым звоном колокольчиков. Корни мгновенно отпустили ведьм и уползли восвояси. Винс рухнул вниз, гулко стукнувшись о землю, и тихонько застонал.