Шрифт:
http://www.prozakonkurs.ru/contest_2010/1238/
Манусаджян Наталья (Ереван, Армения) - Белые Скрижали
БЕЛЫЕ СКРИЖАЛИ
Белые скрижали лежали на лабораторном столе. Необычной белизны. То ли каменные, то ли металлические, покрытые с одной стороны знаками, которые начинали излучать слабый свет, если поднесешь руку. Эти детали выяснили еще те, кто нашёл Белые
И дёрнул меня чёрт, а может Бог (?!) избрать темой диссертации: «Неизученные артефакты археологических экспедиций середины XX века». Мой руководитель, как-то нехорошо усмехнувшись, предложил: «Сузить тему и изучить Белые скрижали».
Надо же мне было так вляпаться! Вскрикнуть: «Неизвестный артефакт?! И у нас в институте?!». Как говорят в американских фильмах: «Ты попался!». Меня даже не насторожила скорость, с которй мне передали скрижали – счастье обладания ценным артефактом отключило все разумные доводы.
Прошло пять лет. Все мои коллеги давно защитились, а Белые скрижали, по-прежнему, лежали на лабораторном столе, храня свою тайну. Впрочем, к ним прибавилась Библия, точнее «Ветхий Завет», точнее Тора. Мне пришлось выучить язык Торы, чтобы попытаться через семантику первичных, а не переведенных, слов докопаться до истины, ведь кучу открытий сделали те, кто поверил древним текстам. Музыка Авета Тертеряна, тихо звучавшая из DVD-проигрывателя, давала надежду, что я добьюсь своего, разгадаю тайну Белых скрижалей.
Но и тексты не приблизили меня к разгадке ни на шаг. Зато стало понятным поведение моего бывшего руководителя. Как оказалось, он отомстил моему отцу, в своё время не пропустившего его в академическое кресло. Весь археологический мир знал, что Белые скрижали – гиблое дело. Все, кроме меня!
Конечно, можно было поменять тему диссертации, но это означало – я сдаюсь. А у нас в семье не принято было сдаваться. И мой бывший руководитель хорошо это знал, найдя единственно верный путь преградить мне дорогу к ученому званию.
Мысли роились в моей голове: Белые скрижали, тайны книги Бытия, тайны Сотворения Мира. Ощущение, что всё это связано не давало мне покоя. Например, почему создатели Торы в начале пишут «элохим», а шестой день
Мой взгляд упал на вывеску наротив. Надпись, которую тысячу раз видишь и не придаёшь ей значения: «Корпорация «Братья Карамазовы»». И тут! Словно молния пронзила мозг! Конечно же! Каждый брат Карамазов хорош сам по себе, но корпорацией они стали лишь объединив свои усилия и таланты и, как следствие, копорация совершила невозможное – пробилась на западный рынок и выбила с него несколько незыблемых брендов.
Ну-ка, что там дальше? Переведем книгу Бытия на современный язык, точнее, на язык современных ассоциаций. Мысль работала напряженно. Белые скрижали попали в поле моего зрения. Глаза мои широко распахнулись сами по себе – со скрижалями творилось нечто удивительное! Знаки ожили, словно титры на экране появились бегущие строки, а затем появился сам экран. 3D-эффекты «Аватара» были бледным отражением моих ощущений – погружение в начало начал мира. Ни света, ни тьмы, одно тепло. Ощущение – я внутри глины и из этой глины сейчас будут лепить.
ОН командовал своими помощниками, а помощники-элохимы делали всю ручную работу. Каждый был мастером одного процесса. Но каким мастером! Супер!
Первый день Творения ....
Второй день Творения ....
Третий день Творения ....
Элохимы становились все искуснее. ОН всё меньше давал указаний. Творец совершенствовал элохимов, а те, совершенствуясь, создавали мир.
Четвёртый день Творения...
Пятый день Творения ...
День! Этот день нашими мерками не измерить.
Элохимы дошли до создания Венца Творения, но чтобы создать Венец потребовалось создать корпорацию «Братья Карамазовы» - «Яхве-элохим». Как всё просто. Но до этой простоты надо дорасти – разумом, чувствами, душой. Имеющий глаза, да увидит. Экран погас. Мысль, запустившая «видеопоказ» Белый скрижалей, переросла в уверенность.
Утром следующего дня начальник отдела кадров с удивлением читал моё заявление: «Прошу уволить по собственному желаниию». Белые скрижали остались на столе. Ая ...
Теперь я знаю, как Савл превратился в Павла и почему рыбаки стали апостолами.
Апостол – таково моё имя теперь.