А впереди целая вечность...

Юрий Чайкин

– А нас куда отправят?

– Вас мы планируем сейчас отправить на острова. Там всё благоустроено. У нас там военно-морские базы. Иван предполагает, Рома, создать бригаду морской пехоты.

– А командовать кто будет? – осторожно спросил Рома.

– Ты, Рома, ты.

Потом Седой обратился к Зануде:

– И бригаду воздушных десантников. Во главе с тобой, Зануда.

– У вас, что самолёты есть?

– Есть, Зануда, есть.

– А что у вас за командир?

– Ты о нём не слышал. Он свежак. А те, кто к нам прибывает, от

нас не уходят.

– Ни один человек не ушёл?

– Ни один.

– И все его слушают?

– Беспрекословно.

– Почему?

– Жизнью обязаны. И сегодняшней, и будущей. Вот куда мне идти? Некуда. Ты мог бы стать начальником стаба. Не мог, Рома. Не мог. Если бы мог, то создал бы до этого. Ведь место для будущего стаба я показал, но считал его бесперспективным. Иван создал. Поэтому у меня никаких других мыслей не возникает. Так же думают и внешники, и стронги, и «Дети Стикса». Стаб «Новая жизнь» - это шанс для выживания нас всех. Кто попытается нас этого лишить, для всех личный враг.

– Братишка, почему нас везут не в стаб, а на морскую базу?

– Вот привезём вас в стаб. Вы кто? Муры. К вам соответственно и отношение такое. Когда же вы прибудете в форме морской пехоты и в десантной форме в составе своих подразделений, примете присягу на верность стаба, вас будут воспринимать как своих бойцов.

– То, что мы были мурами, никуда не денешь.

– Никуда. Но у всех есть возможность начать жизнь с чистого листа.

– Как другие стабы к этому отнесутся?

– О нас пока знают мало. Мы не стремимся себя афишировать. Однако уже сейчас мы располагаем очень серьезными силами и легко справимся с любым стабом.

– Если против вас объединятся, вы справитесь?

– Поэтому мы и собираем силы. Вот вы придете к нам, куда потом денетесь с подводной лодки. Правильно, никуда. Будете защищать свой стаб, свою новую жизнь.

– Кто не согласится, с теми что делать?

– Мы отпустим, а как ты решишь их судьбу, это уже решай сам.

– Вы не будете вмешиваться в мои распоряжения?

– Это твой отряд. Ты командир, решай сам.

– А после формирования?

– Увидишь сам. Всего не объяснишь. Но разве моя судьба для тебя не пример? Я к вам Темного, Залетного пришлю. С ними побазарите.

– А Темный кто сейчас.

– Вначале принял мою бригаду.

– Оттеснил тебя.

– В моем непосредственном подчинении сейчас почти десять отрядов. Мне некогда возиться с одной бригадой. Ты, Зануда, никак не поймёшь, что у нас другой масштаб. Так вот, у Темного сейчас в подчинении сотня казачьих пластунов.

– Ладно, мы подумаем. Присылай корешей, побазарим.

– Седой, - не выдержал Рома, - а откуда у вас внешники?

– Бывшие каторжане.

– У них же ошейники.

– У них ошейники, а у нас умельцы на раз эти ошейники снимают.

– Они рискнули их снять?

– Риска не было совсем. Это технология у нас такая.

– Стронги откуда?

– Подставили их. Отдали килдингам на растерзание.

Мы же спасли их отряд. Теперь они с нами.

– Они же ненавидят внешников и муров?

– Правильно делают. А где ты видишь внешников и муров? Мы их товарищи, прошлое никого не интересуют.

– Как же килдинги? Вы же сказали, что их уничтожили?

– Уничтожили всех, до единого человека. «Дети Стикса» не килдинги. Наоборот килдинги считают их идейными врагами и ненавидят больше всех.

– И ты, Седой, со стронгами дружишь, - спросил Рома.

– Дружу с некоторыми. Есть у меня друг и из внешников. Спину друг друга не в одном бою прикрывали. Верные товарищи у нас.

–Нас своими друзьями теперь не считаешь?

– Не считал бы, все бы на причале остались. И ещё ни один рейдер, ни один стронг не возмутился, что вас спасли.

– Они участвовали в операции?

– Все силы стаба участвовали. Сейчас они повели корабли на разгрузку.

– У вас порт есть?

– Создаём потихоньку. Этим другие люди занимаются.

– У вас не бывает столкновений со стронгами?

– Что нам делить? Лютого свои втихую слили, меня мои приговорили. Не спорь, я знаю точно, когда меня на органы пустить должны были. Поэтому мы на равных.

Вдруг один из бойцов, окруживших Седого, закричал:

– Да он ссучился со стронгами дружбу водит.

Седой лениво ответил:

– Комар, не зуди, а то на одну руку посажу, а другой прихлопну. Я вам сейчас многое не рассказываю, потом сами увидите. Расскажу только про Ваську-кваза. Недавно в рейде были, за пушками ходили, мы из них по мутантам стреляли, вы видели, так на нас медвежья семья напала. Это не главное. Васька раненых медвежат подобрал и выходил. Теперь с ними по Стиксу путешествует. Говорит, что Потыпач и Топтыгин его семья. Короче чудес у нас много. О всех так быстро не расскажешь.

Рома вновь обратился к Седому:

– Подожди пять минут, мы с корешами потолкуем и свое решение озвучим.

Почти все бойцы отошли. Остался только один боец, он спросил:

– Что у вас ещё интересного есть?

– У нас мутанты свои есть.

– В клетках сидят?

– Мы не изверги, живое существо мучить. Они свободно по стабу ходят. Друзья Ивана. Нас от других мутантов защищаю. Тебя возьму с собой, познакомлю с Любашей.

– Возьми, я к тебе в ординарцы пойду. Я во все поверил. Возьмешь в сказку?

– Возьму, даже если все откажутся.

– Не откажутся. Я ментат, - молоденький мур покрутил головой в опаске, что их услышат, - хоть и слабенький. Ложь чувствую, а всё, что ты говорил, правда.

– Об этом больше никому не говори. Дар твой будем развивать, но знать об этом никто не должен.

– Даже начальник стаба?

– Нет, Иван будет знать. Ему по статусу положено. Больше никто. Главное, ты не проболтайся.

К концу разговора подошли уже все муры.

– Седой, мы согласны пока на острове пожить. Только не затягивай вопрос.